Рефераты, курсовые и дипломы на заказ без предоплаты.  Антиплагиат.
Студенточка.ru: на главную страницу.  рефераты, курсовые, дипломы на заказ без предоплаты в кратчайшие сроки  скидки и гарантии
Рефераты, курсовые, дипломные работы на заказ. Антиплагиат. Скидки
Прайс-лист Готовые работы Бесплатные материалы
ЗАКАЗАТЬ Специальности Банк рефератов
Консультации Статьи Подбор литературы
Готовые рефераты, курсовые и дипломы без предоплаты. Антиплагиат.
ЭКСПРЕСС - ЗАКАЗ:  для тех, кто экономит время и деньги при оформлении реферата,  курсовой, диплома на заказ

Воспользуйтесь формой поиска по сайту, чтобы найти реферат, курсовую или дипломную работу по вашей теме.

Поиск материалов

Особенности национально-культурного аспекта межъязыковой коммуникации

Психология, общение, человек

Введение

На пороге XXI века в преддверии вступления в общеевропейский дом своевременно ставится вопрос о приобщении жителя грядущего столетия к мировой культуре, о приближении его образовательного уровня к европейскому стандарту, о владении им не менее чем двумя иностранными языками. Данная коммуникативная компетенция включает несколько компонентов: коммуникативные умения в говорении, аудировании, чтении и письме; языковые знания и навыки владения этим «строительным материалом» для порождения и распознания информации; лингвострановедческие и страноведческие знания для обеспечения вторичной социализации, социокультурного фона, без которых нельзя сформировать коммуникативную компетенцию (Кричевская, 1996, с. 13). Включение национально-культурного компонента в содержание данной концепции влечет за собой и пересмотр самого статуса переводчика: он должен быть не только знатоком своей национальной культуры, но и в широком объеме знатоком иноязычной культуры (политической, экономической, художественной, языковой и др.), поскольку усвоение иностранного языка и дальнейшее его применение программируются как межкультурная коммуникация, как диалог культур.

Объектом исследования данной дипломной работы является художественный текст как единица интеркоммуникации, а его предметом - национально-специфические элементы национально-культурного содержания текста и конкретные языковые средства их выражения (иноязычные реалии).

Актуальность исследования обусловлена тем, что всесторонне рассмотрение перевода как двуязычной коммуникации представляется в настоящее время чрезвычайно плодотворным. Круг относящихся сюда проблем интенсивно разрабатывается в последние годы в разных теоретических дисциплинах с помощью различных подходов и методов. Упомянем работы, относящиеся к теории перевода (Влахов, Флорин, 1986; Швейцер, 1988; Комиссаров; 1988), лингвострановедению (Верещагин, Костомаров, 1973 Томахин, 1988 1997), теории интеркоммуникации (Райхштейн, 1986; Сидоров, 1981; Каде, 1978), а также изучению психолингвистических аспектов перевода текста (Сорокин, Марковина, 1988; Шаховский, 1989; Томашева, 1995) и связей между языком и культурой вообще и языком и «национальным характером» в частности (Вежбицкая, 1997).

Основной целью исследования является выявление слов, обозначающих национально-специфические реалии, а также изучение особенностей их передачи средствами ПЯ.

С учетом поставленной цели решаются следующие задачи:

1) знакомство и интерпретация теоретических положений, связанных с:

национально-культурной спецификой языка и текстов (рассмотрение понятий «межъязыковая коммуникация», «культурная реалия», «лакуна»);

теорией перевода (определение понятий «эквивалентность перевода» и «адекватность перевода», изучение возможностей передачи безэквивалентной лексики);

2) выявление национально-культурных реалий и описание способов их передачи на русский язык.

Исследование проводилось на материале 13 новелл и повестей известных американских писателей-романтиков XVIII-XIX вв. (Ф. Френо, Ч. Б. Браун, В. Ирвинг, Н. Готорн, Э. А. По и др.) и их переводах общим объемом 478 стр., вошедших в сборник «Американская романтическая проза» («American Romantic Tales»). Выбор материала исследования не случаен, т. к. сборник разнообразен по тематике и отражает многие реалии американской жизни прошлых веков. В нем даны яркие и красочные зарисовки жизни американских индейцев в начальный период колонизации и отражены события, связанные с появлением первых пуританских поселений в Америке. Помимо этого, в сборнике представлены ранние разработки темы «маленького человека» в литературе США, а также философские произведения - раздумья о временном конфликте, о столкновении поэтического, романтического прошлого и прозаического, деловитого настоящего освобожденной от колониального гнета Америки (имеется в виду период после американской революции 1776 года). Фактическим материалом для исследования послужила сплошная выборка слов, обозначающих национально-специфические реалии, из текстов оригинала и перевода вышеуказанного сборника.

Методы исследования выбраны исходя из поставленных задач: описательный, основанный на приемах лингвистической интерпретации языковых единиц, компонентного анализа, классификации, сравнительно-сопоставительный метод, а также элементы количественного метода.

Структура работы представлена введением, двумя главами, заключением, списками использованной литературы, словарей и источников.

Глава I. Перевод как результат межкультурной коммуникации

1. 1. Национально-культурный аспект интеркоммуникации

Возможность правильно передать обозначения вещей, о которых идет речь в подлиннике, и образов, связанных с ними, предполагает определенные знания о той действительности, которая изображена в переводимом произведении (независимо от того, приобретены ли такие знания путем прямого знакомства с ней или почерпнуты из книг либо иных источников). За этими знаниями как в страноведении, так и в сопоставительном языкознании и теории перевода закрепилось определение «фоновых» («фоновые знания»): имеется в виду совокупность представлений о том, что составляет реальный фон, на котором развертывается картина жизни другой страны, другого народа. Е. М. Верещагин и В. Г. Костомаров определяют их как «общие для участников коммуникативного акта знания» (Верещагин, Костомаров, 1973, с. 126).

Для теории и практики перевода фактически имеет значение лишь часть фоновых знаний - та, которая относится к явлениям специфическим для иной культуры, иной страны и необходима читателям переводного произведения, чтобы без потерь усвоить в деталях его содержание.

Взаимодействие двух видов знаний - языковых и внеязыковых (фоновых) - имеющие место в любом отдельно взятом тексте, особенно явственно обнаруживается в теоретическом анализе при сопоставлении текстов, представляющих разные языки и соответственно - в условиях интеркоммуникации, т. е. общения между носителями разных языков и разных культур.

Коммуникация в общем смысле - это «общение, обмен мыслями, сведениями, идеями и т. д. - специфическая форма взаимодействия людей в процессе их познавательно-трудовой деятельности. Человеческие формы коммуникации характеризуются главным образом функционированием языка - «важнейшего средства человеческого общения». В коммуникативной функции язык проявляет свою орудийно-знаковую сущность, благодаря чему коммуникация становится важнейшим механизмом становления индивида как социальной личности, проводником установок данного социума, формирующих индивидуальные и групповые установки. Будучи социальным процессом, коммуникация служит формированию общества в целом, выполняя в нем связующую функцию» (Лингвистический энциклопедический словарь, 1990, с. 233).

Речевая коммуникация как относительно самостоятельное целое обладает всеми основными признаками сложно организованной целенаправленной социальной системы и поэтому подлежит теоретическому описанию именно как система. Помимо текста в систему коммуникации входят две фазы речевой деятельности - фаза производства и фаза рецепции речи. Текст, фаза производства и фаза рецепции являются подсистемами коммуникации, причем с точки зрения развертывания коммуникации во времени текст есть ее центральный, а фазы речевой деятельности - крайние члены.

Переводческая коммуникация - коммуникация специфическая, т. к. она осуществляется в условиях различия языков и культур, включенных в крайние ее фазы.

Текст как единица коммуникации и законченное речевое произведение несет определенную информацию, в которой могут также в большей или меньшей степени отражаться факты и особенности данной национальной культуры в широком смысле слова (истории, политического и социального строя, материального производства, искусства и т. п.) (Верещагин, Костомаров, 1973). Эта часть содержания текста вместе с соответствующими языковыми средствами и образует национально-культурный аспект текста (а также составляющих его коммуникативных и номинативных единиц низшего ранга). Как отмечает А. Д. Райхштейн, в национально-культурном аспекте текста могут быть выделены универсальные (общечеловеческие), региональные (ограниченные в рамках национальных культур) и национально-специфические элементы (Райхштейн, 1986, с. 10-14).

Последние представляются наиболее интересными, поскольку именно национально-специфические элементы национально-культурного аспекта текста, выделяемые относительно другого языка и другой культуры (т. е. необнаруживаемые внутри одного языка и соответствующей культуры), играют особую роль в межъязыковой и межкультурной коммуникации, в том числе и в переводе. Неумение переводчика увидеть такие национально-специфические элементы текста оригинала ведет к потере в тексте перевода национально-культурного содержания подлинника и в конечном итоге - к неэквивалентному или неадекватному переводу.

1. 2. Понятие эквивалентности и адекватности перевода

Перевод неизменно рассматривается как способ обеспечить общение между разноязычными коммуникантами путем воспроизведения на другом языке сообщения, содержащегося в исходном тексте. В наиболее общем плане языковеды обычно определяли перевод как замену текста на одном языке текстом на другом языке и лишь потом приступали к изучению требований, которым должен удовлетворять создаваемый текст, чтобы служить полноценной заменой оригинала, и отношений, возникающих между текстами оригинала и перевода в целом и между отдельными частями и единицами этих тестов. Итак, лингвистическая теория перевода изучает соотношение единиц двух языков не изолированно, а в текстах определенного типа (оригиналах и их переводах), и все данные, которыми эта теория располагает, получены из сопоставительного изучения таких текстов.

Сопоставительное изучение текстов оригинала и перевода может охватывать различные стороны формальной и содержательной структуры таких текстов. Однако центральным вопросом теории перевода остается всестороннее описание содержательных отношений между этими текстами, раскрытие понятий эквивалентности и адекватности перевода. В первую очередь задача переводчика несомненно заключается в воспроизведении содержания оригинала. Но что это значит? Что представляет собой воспроизводимое содержание? Каковы критерии правильности выбора языковых средств для достижения адекватности перевода? Эти вопросы уже многие годы активно поднимаются в лингвистике (Рецкер, 1974; Сидоров, 1981; Пинягин, 1981; Швейцер, 1988; Комиссаров, 1988 и др.).

Так, В. Н. Комиссаров рассматривает «эквивалентный перевод» и «адекватный перевод» как понятия неидентичные, хотя и тесно соприкасающиеся друг с другом. Эквивалентность понимается им как смысловая общность приравниваемых друг к другу единиц языка и речи. Термин «адекватный перевод», по его мнению, имеет более широкий смысл и используется как синоним «хорошего» перевода, т. е. перевода, который обеспечивает необходимую полноту межъязыковой коммуникации в конкретных условиях (1990, с. 233-234).

А. Д. Швейцер также разграничивает понятия эквивалентности и адекватности: «Если эквивалентность отвечает на вопрос о том, соответствует ли текст перевода исходному, то адекватность отвечает на вопрос о том, соответствует ли перевод как процесс данным коммуникативным условиям. Полная эквивалентность подразумевает исчерпывающую передачу коммуникативно-функционального инварианта, т. е. речь идет о максимальном приближении текста перевода к оригиналу, о максимальных требованиях, предъявляемых переводу. Требование адекватности же носит оптимальный характер: перевод должен оптимально соответствовать определенным коммуникативным целям и задачам» (1988, с. 95).

Понятие адекватности остается одним из центральных в теории и практике перевода. В работах 50-х - начала 60-х годов, заложивших основы лингвистической теории перевода (Федоров, 1953; 1958; Jakobson, 1959) понятие адекватности базировалось на концепции перевода как полного смыслового аналога оригинала. В рамках данной концепции адекватность перевода сводилась к категориям семантической (смысловой) полноты и точности, дополняемым стилистической эквивалентностью, включающей, в частности, принцип подчинения текста перевода функционально-стилистическим нормам языка перевода. Такая адекватность получила название семантико-стилистической (Ванников, 1988, с. 37).

В 50-60-е годы переводческая деятельность получила новый импульс в сфере информационной практики и теории коммуникации, что способствовало формированию концепции функционально-прагматической адекватности перевода (Бархударов, 1975; Комиссаров, 1973; Швейцер, 1973; Каде, 1978). От функционально-адекватного перевода требуется не полная и точная передача всего смыслового содержания и стилистических особенностей оригинала, согласованных с функционально-стилистическими нормами языка перевода, но лишь правильная передача основной коммуникативной функции оригинала, его функциональной «доминанты». Другие свойства перевода для данного типа адекватности в принципе нерелевантны.

Обобщая вышесказанное, мы можем сделать вывод, что адекватность представляет собой относительное понятие. В нашем исследовании мы будем исходить из понятия адекватности с точки зрения функционально-прагматической концепции.

1. 3. Текст и его национально-культурная специфика

Поскольку текст является инструментом в процессе межкультурной коммуникации, он оказывается элементом, принадлежащим одновременно двум системам - исходной культуре и культуре реципиента. Текст не только воздействует на реципиента, но и сам подвергается воздействию иной культуры. Применительно к процессу перевода текст-оригинал является для реципиента фрагментом некоторой чужой лингвокультурной общности, которую он воспринимает с помощью текстов-переводов.

При анализе этих двух видов текстов - оригинала и перевода - целесообразно использовать понятие лакуны, которое мы интерпретируем следующим образом: «лакуна - это некоторый фрагмент текста, в котором имеется нечто непонятное, странное, ошибочное (нечто, что можно оценить по шкалам «непонятно/понятно», «непривычно/привычно», «незнакомо/знакомо», «ошибочно/верно»). Лакуны сигнализируют о состоянии некоторого мыслимого мира, которое представлено в тексте редуцированно (неполно) » (Сорокин, Марковина, 1988, с. 77). Выделяются частичные, полные и компенсированные лакуны.

Частичной лакуна считается в том случае, если количество сем, составляющее некоторый фрагмент оригинала, превышает количество сем в переводе данного фрагмента.

Полной лакуна считается в том случае, если некоторый набор сем, входящих в структуру оригинального текста, полностью отсутствует в тексте на ПЯ и ничем не компенсируется.

Компенсированными считаются такие лакуны, в которых количество сем фрагмента оригинала превышает количество сем, входящих в перевод данного фрагмента, причем утрата части набора сем оригинала сопровождается появлением некоторого количество новых сем, не содержащихся в исходном тексте.

Особый интерес представляет проблема поиска средств, помогающих инокультурному реципиенту в реконструкции чужой культуры. Заполнение лакун - это процесс раскрытия смысла некоторого понятия или фрагмента текста, принадлежащего незнакомой реципиенту культуре. Заполнение лакун может быть различной глубины, что зависит от характера элиминируемой лакуны, от типа текста, в котором лакуна существует, а также от личностных особенностей реципиента, которому текст адресован.

Сорокин Ю. А. и Марковина И. Ю. выделяют несколько способов заполнения лакун:

перевод сохраняемого в тексте национально-специфического элемента иной культуры;

включение в текст на языке реципиента более или менее подробных комментариев по поводу элемента чужой культуры. Заполнение при этом может быть различной глубины, что обусловливается, с одной стороны, задачами, стоящими перед автором, с другой - культурологическими расхождениями между описываемой культурой и культурой реципиента. Пояснение и комментарий могут быть самыми общими, не дающими четкого представления о специфическом элементе незнакомой культуры. Более глубоким видом заполнения лакун является комментарий с описанием внешнего вида, способа функционирования, сферы применения или значимости для носителей описываемой культуры того или иного ее элемента.

Особо следует сказать о заполнении лакун с помощью примечаний различного характера и объема. Примечания в художественном переводном тексте либо даются по ходу повествования в сносках, либо помещаются в конце книги и выборочно поясняют трудные для понимания национально-специфические элементы текста;

компенсация. Суть данного способа элиминирования лакун заключается в следующем: для снятия национально-специфических барьеров в ситуации контакта двух культур, т. е. для облегчения понимания того или иного фрагмента чужой культуры, в текст в той или иной форме вводится специфический элемент культуры реципиента. Таким образом, в тексте некоторой культуры появляются элементы другой культуры - схожие или близкие к элементам исходной культуры, но не совпадающие с ними. При этом, как правило, облегчается понимание текста инокультурным реципиентом, но в определенной степени утрачивается национальная специфика исходной культуры (Сорокин, Марковина, 1988, с. 80-83).

Интерес современной лингвистики к роли человеческого фактора в языке, необходимость углубленного исследования способов отражения эмоционального аспекта межъязыковой коммуникации в переводе, разработка языковой картины эмоционального мира человека обусловили теоретическое и практическое изучение эмотивной функции языка. В связи с этим в самостоятельную проблему можно выделить эмотивную характеристику лакуны, отражающей национально-культурную специфику языка.

Множество слов в любом языке «окружено эмоциональными ассоциациями» (Томашева, 1995, с. 56). Е. М. Верещагин и В. Г. Костомаров называют такие ассоциации коннотативными. В случае их несовпадения можно говорить о наличии в тексте перевода эмотивной ассоциативной лакуны. И. В. Томашева определяет эмотивную лакуну как «отсутствие в системе языка перевода эмотивного адеквата языка оригинала» (Томашева, 1995, с. 57). Элиминирование таких лакун необходимо рассматривать как отдельную проблему в общеязыковедческом плане, т. к. национально-специфические элементы языка заслуживают особого внимания с точки зрения возможности адекватной передачи содержащейся в них эмотивной информации.

Весь комплекс проблем переводимости лакун, и эмотивных в том числе, заключается в том, насколько велики смысловые, эстетические и прагматические потери, происходящие при переводе, и как они компенсируются.

Подводя итог вышесказанному, необходимо отметить, что сохранение национального своеобразия подлинника предполагает функционально верное восприятие и передачу целого сочетания элементов. В качестве таких элементов выступают, прежде всего, реалии национальной культуры, как денотативные, так и коннотативные, выраженные как нарицательной, так и ономастической лексикой.

1. 4. Реалии в языке и культуре

1. 4. 1. Понятие реалии

При сопоставлении языков и культур выделяются элементы совпадающие и несовпадающие. Будучи компонентом культуры, язык в целом относится к элементам несовпадающим. Чем самобытнее сравниваемые языки, чем меньше в их истории было культурных контактов, тем меньше у них точек соприкосновения, тем более разнятся они в целом и поэлементно. К несовпадающим элементам относится прежде всего предметы, обозначаемые безэквивалентной лексикой (БЭЛ).

БЭЛ сравнительно легко опознается при сопоставлении языков, ибо в ней нагляднее всего проявляется специфика расчленения действительности данным языком и специфика его культуры.

Термин «безэквивалентная лексика» встречается у многих авторов (Г. В. Чернов, Я. И. Рецкер, В. Н. Комиссаров, А. Д. Швейцер, Е. М. Верещагин и В. Г. Костомаров, Л. С. Бархударов, С. Влахов и С. Флорин и др.), которое, однако, трактуют его по-разному: как синоним понятия «реалия», несколько шире либо несколько уже. Так, А. Д. Швейцер относит к категории БЭЛ «лексические единицы, служащие для обозначения культурных реалий, не имеющих точных соответствий в другой культуре» (1988, с. 108). В. Н. Комиссаров называет безэквивалентными «единицы исходного языка, которые не имеют регулярных соответствий в языке перевода» (1990, с. 147). Болгарские лингвисты С. Влахов и С. Флорин дают свою дефиницию, которая заметно сужает границы БЭЛ: «БЭЛ - лексические единицы, которые не имеют переводческих эквивалентов в ПЯ» (1986, с. 51).

С. Влахов и С. Флорин предлагают также более четко отграничить БЭЛ от реалий. По их мнению, наиболее широким по своему содержанию является понятие БЭЛ. Реалии же входят в рамки БЭЛ как самостоятельный круг слов. Отчасти покрывают круг реалий, но, вместе с тем, отчасти выходят за пределы БЭЛ термины, междометия и звукоподражания, экзотизмы, аббревиатуры, обращения, отступления от литературной нормы; с реалиями соприкасаются имена собственные (со множеством оговорок). Все в тех же границах БЭЛ значительное место занимают слова, которые можно назвать собственно безэквивалентной лексикой или БЭЛ в узком смысле слова - единицы, не имеющие по тем или иным причинам лексических соответствий в ПЯ (Влахов, Флорин, 1986, с. 51-52).

Многие из авторов, говорящих о реалиях, дают приблизительные, неполные определения, отмечая лишь те или иные признаки, освещая ту или иную сторону этого понятия. Л. Н. Соболев термином «реалия» обозначает «бытовые и специфически национальные слова и обороты, не имеющие эквивалентов в быту, а следовательно, и в языках других стран» и «. слова из национального быта, которых нет в других языках, потому что нет этих предметов и явлений в других странах» (Соболев, 1955, с. 290). Вл. Россельс видит в реалиях «иноязычные слова, которые обозначают понятия, предметы, явления., не бытующие в обиходе того народа, на язык которого произведение переводится» (1955, с. 169); таким образом, он рассматривает реалии с точки зрения ПЯ.

Некоторые авторы, принимая реалию как «реалию-предмет», не толкуют особо «реалию-слово». А. В. Федоров говорит о «словах, обозначающих национально-специфические реалии» (1983, с. 146). Я. И. Рецкер под «безэквивалентной» лексикой подразумевает «прежде всего обозначение реалий, характерных для страны ИЯ и чуждых другому языку и иной действительности» (1974, с. 58). В том же ключе толкует реалии А. Д. Швейцер (1973, с. 250). Очень сжатую дефиницию реалий дает Л. С. Бархударов: «слова, обозначающие предметы, понятия и ситуации, не существующие в практическом опыте людей, говорящих на другом языке» (1975, с. 95).

Таким образом, в лингвострановедении и других филологических науках существует двоякое понимание реалии: 1) как предмета, понятия, явления, характерного для истории, культуры, быта, уклада того или иного народа, страны и не встречающиеся у других народов; 2) как слова, обозначающего такой предмет, понятие, явление, а также словосочетания (обычно - фразеологизм, пословица, поговорка, присловие), включающего такие слова.

С. Влаховым и С. Флориным предлагается наиболее полное, на наш взгляд, определение реалии как особой категории средств выражения: реалии - «слова (и словосочетания), называющие объекты, характерные для жизни (быта, культуры, социального и исторического развития) одного народа и чуждые другому; будучи носителями национального и/или исторического колорита, они, как правило, не имеют точных соответствий (эквивалентов) в других языках, а, следовательно, не поддаются переводу «на общем основании», требуя особого подхода» (1986, с. 55).

Денотативные реалии, которые можно считать элементарными единицами сопоставительного лингвострановедения, наиболее наглядно демонстрируют национальное своеобразие культур. Значительную же трудность в сопоставительном лингвострановедении представляет выделение слов с национально-культурными коннотациями. Самые обычные слова, совпадающие в своем предметном значении, могут обладать дополнительными значениями, обусловленными национально-культурными факторами. Они связаны с фольклором и другими культурными традициями народа - носителя языка.

Для лингвострановедения интерес представляют именно эти дополнительные смысловые оттенки, являющиеся результатом национального «виденения мира» или культурно-исторического развития определенной нации. Исходя из национального характера ассоциаций, сопряженных с определенными предметами реальной действительности и не имеющих аналогичных ассоциаций в сопоставляемой культуре, возникает необходимость включения в число реалий и коннотативных слов.

Коннотативные реалии - это слова, обозначающие предметы, ничем не отличающиеся от аналогичных предметов сопоставляемых культур, но получившие в данной культуре и языке особые дополнительные значения, основанные на культурно-исторических ассоциациях, присущих только данной культуре (Томахин, 1988, с. 220-221).

Следует особо подчеркнуть, что по сравнению с другими словами языка отличительной чертой реалии является характер ее предметного содержания, т. е. тесная связь обозначаемого реалией предмета, понятия, явления с народом (страной), с одной стороны, и историческим отрезком времени - с другой. Таким образом, реалии присущ соответствующий национальный (местный) или исторический колорит.

В реалиях наиболее наглядно проявляется близость между языком и культурой: появление новых реалий в материальной и духовной жизни общества ведет к возникновению реалий в языке, причем время появления новых реалий можно установить довольно точно, так как лексика чутко реагирует на все изменения общественной жизни. Среди реалий всегда можно выделить реалии-неологизмы, историзмы, архаизмы. Отсюда следует, что реалиям присущ и временной колорит.

При ответе на вопрос, какие слова следует считать реалиями, необходимо учитывать, что поскольку национальная культура находит свое выражение не только в нарицательной, но и ономастической лексике, то в число реалий следует включить и ономастическую лексику, обладающую ярко выраженными национально-культурными ассоциациями.

Итак, к числу реалий в лингвострановедении относят, во-первых, ономастические реалии: 1) топонимы - географические названия, особенно имеющие культурно-исторические ассоциации; 2) антропонимы - имена исторических личностей, общественных деятелей, ученых, писателей, деятелей искусства, популярных персонажей художественной литературы и фольклора; 3) названия произведений литературы и искусства; исторические факты и события в жизни страны; названия государственных и общественных учреждений и многие другие; во-вторых, реалии, обозначаемые апеллятивной лексикой: 1) географические термины, обозначающие особенности природно-географической среды, флоры и фауны; 2) некоторые слова (в том числе общеизвестные термины), относящиеся к государственному устройству, общественно-политической жизни страны, юриспруденции, военному делу, искусству, системе образования, быту, обычаям, традициям и другие (Томахин, 1988, с. 8).

Реалиями считаются слова - носители знаний, выступающих только в виде фоновых в массовом обыденном сознании носителей языка, поэтому к реалиям нельзя относить всякие энциклопедические знания. Почти в каждом художественном произведении можно встретить изречения и цитаты, заимствованные из других произведений. Понимание значения самой цитаты не представляет особой трудности, но ее смысл и смысл всего высказывания не может быть понят, если неизвестен контекст, из которого она взята. Таким образом, реалиями считают также цитаты, крылатые слова и выражения, которые относятся к реалиям афористического уровня (Томахин, 1988, с. 10).

Подводя итог всему вышеизложенному, отметим, что реалии являются компонентом фоновых знаний, необходимых для понимания иноязычного текста. Недостаточное знание истории страны, важнейших исторических событий, ее крупнейших политических и исторических деятелей приводит к непониманию сравнений, исторических ссылок и т. д. и в конечном итоге к языковой некомпетенции. Сама специфика реалий такова, что «они часто находятся вне фонда знаний носителей другой культуры и другого языка» (Швейцер, 1988, с. 153). В этой связи особый интерес представляет проблема передачи иноязычных реалий средствами ПЯ.

1. 4. 2. Способы передачи иноязычных реалий

Перевод играет огромную роль в культурном развитии человечества. Благодаря переводу люди одной страны знакомятся с жизнью других народов посредством художественных произведений. Поэтому задача переводчика - целостно и точно передать средствами другого языка содержание подлинника, сохраняя его национальное своеобразие.

Исследование вопроса, связанного с передачей своеобразия оригинала в переводе, сводится, главным образом, к раскрытию способов передачи слов, обозначающих реалии национальной жизни. Перевод реалий - часть большой проблемы передачи национального и исторического своеобразия, которая восходит к самому зарождению теории перевода как самостоятельной дисциплины. Причем, как отмечают С. Влахов и С. Флорин, «понятие «перевод реалий» дважды условно: реалия, как правило, непереводима (в словарном порядке), и, опять-таки, как правило, она передается (в контексте) не путем перевода. Основных трудностей передачи реалий при переводе две: 1) отсутствие в ПЯ соответствия (эквивалента, аналога) из-за отсутствия у носителей этого языка обозначаемого. объекта (референта) и 2) необходимость наряду с предметным значением (семантикой) реалии передать колорит (коннотацию) - ее национальную и историческую окраску» (Влахов, Флорин, 1986, с. 79-80). Даже тогда, когда у реалии есть словарный эквивалент в языке и он зафиксирован в словарях, переводчик далеко не всегда может быть уверен в том, что этот «эквивалент входит в рецептивный словарь конечного получателя» (Швейцер, 1988, с. 153).

Общеизвестно, что расхождение значений зависит от степени расхождения культур. Вопросу о необходимости учета расхождений культур исходного и переводного языка в теории перевода уделялось значительное внимание (Я. И. Рецкер, А. Д. Швейцер, Г. В. Шатков и др.). Во многих работах, в частности, у Г. В. Чернова, Г. В. Шаткова, А. В. Федорова, С. Влахова и С. Флорина, Г. Д. Томахина и др. рассматривается вопрос о передаче реалий и предлагаются различные способы.

Г. В. Шатков выдвигает следующие две группы способов: 1) способы заимствования; 2) способы описания. К способам заимствования относятся: бесподстановочное заимствование; подстановочное заимствование (транслитерация); частично подстановочное заимоствование; подстановочное заимствование (калька). К способам описания относятся: а) создание на своем языке смыслового эквивалента в виде сложного слова или словосочетания; б) раскрытие значения переводного слова посредством аналогов, эквивалентных частным значениям переводимой лексики (Шатков, 1952).

К переводу БЭЛ имеют прямое отношение некоторые способы перевода, предлагаемые Я. И. Рецкером (1950): 1) нахождение эквивалента; 2) передача слов путем использование аналога; 3) адекватные замены. К последним относятся: конкретизация недифференцированных и абстрактных понятий; прием логического развития понятий; антонимический перевод; компенсация.

А. В. Федоров выделяет четыре основных случая перевода «названий реалий»: 1) транслитерация/транскрипция (полная или частичная); 2) создание нового слова или сложного слова для обозначения соответствующего предмета на основе элементов и морфологических отношений, уже реально существующих в языке; 3) использование слова, обозначающего нечто близкое (хотя и не тождественное) по функции к иноязычной реалии, иначе - уподобляющий перевод, уточняемый в условиях контекста, а иногда граничащий с приблизительным обозначением; 4) так называемый гипонимический способ или обобщенно-приблизительный перевод, при котором слова исходного языка, обозначающие видовое понятие, передаются словами переводного языка, называющими понятие родовое (Федоров, 1983).

Разрабатывая приемы передачи реалий, С. Влахов и С. Флорин (1986) сводят их в основном к двум: транскрипции и переводу (в широком смысле слова). Транскрипция предполагает введение в текст перевода при помощи графических средств ПЯ соответствующей реалии с максимально допускаемым этими средствами фонетическим приближением к ее оригинальной фонетической форме. Если же транскрипция по тем или иным причинам невозможна или нежелательна, то авторы приводят наиболее употребляемые приемы передачи реалий: 1) введение неологизма; 2) замена реалии реалией; 3) приблизительный перевод; 4) контекстный перевод.

В нашем исследовании мы основывались на классификации Г. Д. Томахина (1988, с. 31), который выделяет следующие основные способы передачи иноязычных реалий: 1) транслитерация (передача на уровне графем) и транскрипция (передача на уровне фонем); 2) калькирование; 3) описание или разъяснительный перевод; 4) приближенный (приблизительный) перевод (при помощи «аналога»); 5) трансформационный (контекстуальный) перевод. Остановимся несколько подробнее на данных способах.

Транскрипция и транслитерация чаще всего применяются в тех случаях, когда речь идет об именах собственных, названиях государственных учреждений, учебных заведений и т. п. Серьезным недостатком этого способа является то, что этот прием приводит к появлению в тексте перевода непривычных и малопонятных слов.

Калькирование - буквальный (дословный) перевод слова или словосочетания - широко используется для передачи реалий на другой язык. Ассимиляция кальки - явление чрезвычайно сложное, подлежащее рассмотрению в диахроническом плане и обусловленное не только внутриязыковыми, но и целым рядом культурных и социальных факторов. Калька может получить известное распространение в языке, но оставаться при этом «экзотизмом», ибо соответствующий ей денотат чужероден для данной культуры.

Описательный или разъяснительный перевод имеет то преимущество, что он исключает неполное понимание, присущее транслитерации (транскрипции) и калькированию, но недостаток его в том, что реалия переводится не аналогичной по структуре единицей другого языка, а пространным описанием. Вероятно, решающим фактором при выборе между описательным переводным вариантом иностранной реалии или ее транслитерацией должен быть фактор целесообразности сохранения коннотации: сохранение коннотации важно при описании референта, специфического для данной страны, а использование транслитерации может быть оправдано необходимостью сохранения местного колорита.

Переводческий «аналог» создается «путем подыскивания ближайшей по значению единицы ПЯ для безэквивалентной единицы ИЯ» (Комиссаров, 1990, с. 149). Как и в других случаях, близость значений эквивалентных единиц в оригинале и переводе здесь далеко не полная, и подобный перевод применим лишь в определенном контексте.

Трансформационный перевод заключается в передаче реалии с помощью одной из лексических переводческих (межъязыковых) трансформаций, включающих такие переводческие приемы как конкретизация, генерализация и др.

Таким образом, мы кратко охарактеризовали основные способы передачи иноязычных реалий. Естественным продолжением и развитимем нашего исследования будет рассмотрение вопроса о классификации реалий.

1. 4. 3. Классификация реалий

Характерные черты реалий как своеобразной лексической категории особенно полно выявляются при их систематизации. О видах реалий, о делении их по тем или иным признакам упоминается у многих из писавших по этим вопросам, но более или менее оформленные классификации созданы лишь несколькими авторами. Так, у А. Е. Супруна реалии делятся, главным образом, по предметному принципу (1958, с. 52-53). То же приблизительно можно сказать о небольшой классификации В. И. Репина (1970). Таблица А. А. Реформатского (1967, с. 139) построена на предметно-языковом принципе.

С. Влахов и С. Флорин (1986, с. 58) предлагают следующие принципы классификации реалий: а) предметное деление; б) местное деление (в зависимости от национальной и языковой принадлежности); в) временное деление (в синхроническом и диахроническом плане, по признаку «знакомости»), г) переводческое деление.

Нетрудно заметить, что три из перечисленных выше принципов основаны на экстралингвистических факторах, а один - на лингвистическом, точнее, на сопоставлении языковых систем.

В целях систематизации реалий мы будем основываться на экстралингвистическом факторе - тематических ассоциациях, так как основным критерием их выделения является фактор семантический, выявляемый в сопоставлении с лексико-семантической системой другого языка.

Целесообразность группировки реалий по тематическому принципу основывается на традиции общей лексикографии, практике составления различного рода разговорников, учебных тематических словарей и словарных разработок (вокабуляров) по отдельным темам.

Группа слов, объединенных по тематическому принципу, выступает как элемент лексико-семантической системы языка в целом, а национально-культурные особенности реалий могут быть выявлены только в сопоставлении с другими единицами этой системы внутри данного языка и аналогичной системой другого языка.

С учетом всего вышеизложенного в данной работе будет использоваться классификация Г. Д. Томахина (1988, с. 37), построенная по предметно-тематическому принципу. Г. Д. Томахин выделяет следующие типы реалий: географические, этнографические, фольклорные, мифологические, общественно-политические, исторические. Более подробно классификация будет освещено во II-ой главе нашего исследования.

Обобщая изложенный теоретический материал, подчеркнем, что, читая текст на неродном языке, реципиент контактирует с «чужой» культурой и воспринимает ее через призму своей национальной культуры. Особенности «чужой» культуры могут неадекватно интерпретироваться реципиентом, вследствие чего нередко возникает различной степени непонимание смыслового, эмотивного и прагматического содержания текста, что объясняется различиями в мировоззрении, социальной позиции, степени социального развития людей.

В связи с этим перевод как форма деятельности предполагает, с одной стороны, языковой контакт с целью адекватной передачи содержания, выраженного средствами одного языка, при помощи средств другого языка, а с другой - конфронтацию культур, выраженных в этих языках. Одни и те же понятия в различных языках могут передаваться по-разному. Когда эти понятия идентичны, перевод их не составляет труда. Однако структуры понятий часто неодинаковы, смыслы слов и предложений осложнены привходящими элементами, характерными только для данного языка. В этом случае перевод с одного языка на другой в принципе возможен, но требует от переводчика эрудиции и мастерства.

Расхождения, несовпадения в языках и культурах фиксируются на различных уровнях и описываются различными авторами в различных терминах. Слова, которые обозначают понятия, предметы, явления, типичные только для определенного языкового коллектива и не имеющие аналогов в другом языке, в теории перевода и лингвострановедения определяют терминами: «безэквивалентная лексика», «реалии», «лакуны». Именно они и составляют национально-культурное содержание текста подлинника, сохранение и передача которого необходимы для достижения единства содержания и формы в переводе, т. е. для достижения адекватности перевода.

Таким образом, перевод - это не только сопоставление различных языковых систем, но и соприкосновение разных культур. Иными словами, перевод как двуязычная коммуникация требует учета различия культур ее участников.

Глава II.

Лингвострановедческий анализ национально-культурных реалий и специфика их передачи на русский язык

В предыдущей главе дипломной работы мы показали, что классификации реалий могут основываться на разных исходных принципах. В нашем исследовании за основу взят принцип тематической группировки реалий. Сравнительный анализ текста оригинала и текста перевода помог выявить следующие пласты национально-культурных реалий:

этнографические реалии;

географические реалии;

общественно-политические реалии;

реалии системы образования, религии и культуры;

исторические реалии.

Рассмотрим особенности передачи лакун такого рода в языке перевода по вышеуказанным рубрикам.

2. 1. Этнографические реалии

а) К этнографическим реалиям относятся прежде всего реалии быта, в которые включаются жилье, мебель, посуда и другие предметы домашнего обихода. В нашем материале было отмечено несколько реалий данной группы. Рассмотрим все случаи их употребления и перевода.

В новелле Ф. Френо «Меланхоличный индеец» часто встречается название жилища североамериканских индейцев:

«The Indian and myself then entered the wigwam, and without ceremony seated ourselves upon blocks of wood covered with foxskins». (c. 36)

«Мы вошли с индейцем в вигвам и без церемоний опустились на чурбаки, покрытые лисьими шкурами». (с. 37)

Вигвам - куполообразная хижина индейцев Сев. Америки (СИС, 1988, с. 102), однако переводчик, не прибегая к описательному переводу, использует прием транслитерации, поскольку слово «вигвам» прочно вошло в лексический пласт русского языка и представляет собой так называемую словарную реалию.

Рассмотрим еще один пример, в котором переводчик при передаче реалии сталкивается с возможной альтернативой:

«Whenever, therefore, he happened upon a genuine Dutch family, snugly shut up in its low-roofed farmhouse,. he looked upon it as a little clasped volume of black-letter». (c. 66)

«И оттого в те мгновения, когда ему случалось повстречать настоящее голландское семейство, уютно разместившееся в приземистом деревенском домике., он рассматривал это семейство как древний томик в переплете с застежками, набранный готическим шрифтом». (с. 69)

Этот пример привлекает внимание тем, что английскому слову farmhouse есть соответствие в русском языке - «фермерский дом», однако переводчик прав, давая не эквивалент, а аналог иноязычной реалии. Фермерские хозяйства стали появляться в России лишь в последнее десятилетие, а приблизительный перевод «деревенский домик» гораздо лучше соответствует прошедшей эпохе, описываемой в оригинале, и, следовательно, является адекватной заменой.

Следующий пример также является попыткой переводчика найти аналог, близкий русскоязычному читателю и способный создать в его воображении атмосферу того времени, которое дается в оригинале.

«. my grandfather, Mr. Lemuel Cockloft, had quietty settled himself at the Hall». (с. 106)

Hall - (in England) large country house, usually one that belongs to the chief landowher in the district (AS Hornby, 1982, с. 387).

Переводчик компенсирует лакуну следующим образом:

«. во владение большим помещичьим домом без лишнего шума вступил мой дед мистер Лемюель Коклофт». (с. 107)

Подобный приближенный перевод облегчает понимание русским реципиентом данного фрагмента текста, хотя и лишает оригинал национального своеобразия.

Понятийной и лексической лакуной для русского читателя может также оказаться упоминание некоторых предметов быта.

«But, indeed, I might as well howe essayed to strike fire with my Knuckles against a bit of Windsor soap». (C. 408)

Windsor soap - виндзорское мыло (душистое, обыкн. коричневого цвета) (ВЛС, 1978, с. 456).

Реалия «виндзорское мыло» непонятна русскоязычному реципиенту, поэтому переводчик прибегает к приблизительному переводу и находит удачный аналог:

«С тем же успехом я стал бы тщиться выбить пальцами искру из куска душистого мыла». (с. 409)

б) Этнические объекты также принадлежат к числу этнографических реалий. В тексте оригинала упоминаются, прежде всего, различные наименования индейцев. У Ф. Френо мы встречаем:

«An old squaw sat at a very small distance, and, after cutting off the heads and extracting the entrails, hung the fish in the smoke to preserve them against the time of winter». (c. 36)

«Устроившаяся неподалеку старуха потрошила рыб и вешала тушки коптиться на зиму». (с. 37)

В том же рассказе:

«The old squaw desired to be informed why he was so sorrowful». (c. 42)

«Старая индианка спросила о причинах грусти». (с. 43)

В обоих вышеуказанных случаях переводчик В. Харитонов использует приближенный перевод и английское слово «squaw» (женщина, жена у индейцев) заменяется вариантными соответствиями «старуха», «старая индианка». На наш взгляд, эта замена не совсем оправдана, поскольку в русском языке существует эквивалент слова «squaw» - «скво», широко используемый при переводе художественных произведений об американских индейцах. Такой транскрипционный перевод мы находим у О. Холмской, переводчика новеллы «Рип Ван Винкль»:

«They were ruled by an old squaw spirit». (c. 104)

«Ими правил дух старой скво». (с. 105)

В тексте оригинала мы также встретились с наименованиями:

индейских правителей:

«. the learned Indian Sachem Tomo-cheeki. seized me by the hand, and intimated a strong desire that I should accompany him to his wigwam». (c. 34)

sachem - сахем, сэчем. Верховный вождь конфедерации у алгонкинских племен на северо-востоке США, а также любой индейский вождь (Американа, 1996, с. 824).

Переводчик отказывается от транскрипции, приведшей бы к образованию полной лакуны при восприятии текста перевода, и дает традиционное «словарное» толкование:

«. ученый вождь Томо-Чики взял меня за руку и выразил настоятельное желание, чтобы я отправился с ним в его вигвам». (с. 35)

индейских колдунов-знахарей:

«. besides several of the Indian powwows, who, after their fashion, know almost as much devilry as the best of us». (c. 182)

powwow - пау-вау. У индейцев: шаман, колдун (Американа, 1996, с. 760).

Как и в предыдущем случае, переводчик избегает сложной транскрипции, хотя при этом и теряется национальное своеобразие фрагмента подлинника:

«. и еще будет несколько индейских шаманов, короче на свой лад искусны в чертовщине не меньше, чем самые опытные из нас». (с. 183)

индейских народностей:

«. just before the war was ended he had a famous brush with the Cherokees». (c. 320)

Cherokee - чироки (чероки), индейский народ группы ирокезов в США (СЭС, 1989, с 1514).

Вероятно, не каждый русскоязычный читатель знаком с данной реалией американской культуры. Как наш кажется, именно поэтому при ее передаче переводчик наряду с использованием транскрипции немного распространяет свой вариант:

«. перед самым концом войны [участвовал] еще и в знаменитой стычке с индейцами-чероки». (с. 321)

Особый интерес, на наш взгляд, представляют слова, которыми индейцы именовали белых колонистов, а те, в свою очередь, - местные народы. Эти слова мы не можем отнести к пласту безэквивалентной лексики, однако при отсутствии определенных фоновых знаний они могут оказаться лакунами для русских читателей. Приведем несколько примеров:

1) «. Manitou or Spirit. took a mischievous pleasure in wreaking all kinds of evils and vexations upon the red men». (с. 104)

«. дух Маниту. находил озорное удовольствие в том, что причинял всякие беды и неприятности краснокожим». (с. 105)

2) «Bring me that iug of strong cider;. choicest gift of God to man, and which the white people alone possess the art and knowledge of producing!» (с. 42)

«Принеси мне кувшин крепкого сидра;. драгоценный божий дар, только белые владеют секретом его приготовления!» (с. 43)

3) «Scattered also among their pale-faced enemies were the Indian priests». (с. 190)

«Вперемежку со своими бледнолицыми врагами попадались в толпе и индейские жрецы». (с. 191)

Следующий пример не относится к числу сугубо американских реалий, однако слово это, пришедшее из немецкого языка, в средние века было широко распространено в странах Западной Европы, а оттуда с первыми поселенцами попало в Америку.

«. whereas he found the old burghers, and still more their wives, rich in that legendary lore so invaluable to true history». (c. 66)

«. он искал встреч с почтенными бюргерами и еще охотнее с их супругами как хранителями старинных преданий, столь бесценных для подлинной истории». (с. 67)

Burgher - a person who lives in a particular town (Longman, 1992, т. 1, c. 128).

Бюргер - уст. горожанин, городской житель (в Германии и некоторых других странах) (СИС, 1988, с. 93).

При передаче данной реалии переводчик использует транскрипционный способ, не приводя пространных пояснений, поскольку в вышеприведенном эпизоде речь идет о голландской провинции в Сев. Америке и употребление слова «бюргер» придает повествованию необходимый колорит.

в) Одежда

Часто перевод названий одежды ведет или к образованию лакуны, или к потере тех сем, которые отражают какие-либо национальные детали (т. е. к потере одного из денотативных компонентов содержания слова).

Примером таких реалий являются, прежде всего, предметы одежды североамериканских индейцев.

«By his side, a nobler figure, but still a counterfeit, appeared an Indian hunter, with feathery crest and wampum belt». (c. 202)

«Рядом с ним находился воинственный индеец - такой же ряженый, хоть и поблагороднее на вид, в боевом уборе из перьев, перепоясанный вампумом». (с. 203)

При передаче первой реалии переводчик использует описательный или разъяснительный перевод, что исключает неполное понимание, присущее, например, транслитерации и калькированию.

Что касается второй реалии - wampum - то при ее переводе переводчик применяет прием транслитерации, что, конечно, создает лакуну для русского читателя, однако одновременно сохраняется национальный колорит в описании.

Вампум - бусы из раковин у североамериканских индейцев (СИС, 1988, с. 96).

В тексте оригинала было обнаружено слово «galligaskins», отнесенное нами к пласту безэквивалентной лексики.

«He was generally seen trooping like a colt at his mother's heels, equipped in a pair of his father's cast-off galligaskins, which he had much ado to hold up with one hand». (с. 74)

Этот пример привлекает внимание тем, что в оригинале описывается реалия, молознакомая русским, но и не привычная, в полной мере, американцам. Описывается она словом с низкой частотностью, причем, скорее всего, заимствованием.

galligaskins {fr. Fr. garguesque, fr. Ital. grechesca} - (chiefly facetious, rather vaguely used) Gaiters, coverings for legs; wide breeches (Webster Universal Dictionary, 1975, c. 580).

При передаче данной реалии одежды переводчик применяет прием генерализации, заменяя специфическую видовую реалию общим родовым понятием. При этом происходит не только расширение понятия с семантическим сдвигом, но и потеря национального колорита повествования:

«Его постоянно видели бегущим, словно жеребенок, по пятам за матерью, облаченным в старые отцовские штаны, которые он хлопотливо подбирал сзади». (с. 75)

г) Пища, напитки

Реалии национальной кухни представляют особый интерес, но и особую трудность при передаче средствами ПЯ. Часто они являются полными лакунами для современного русского читателя, и при переводе происходит потеря национальной или эмоциональной окраски высказывания. В следующих двух отрывках произведения представлены сугубо американские реалии.

«Indian meal sprinkled in boiling water, in a wooden dish, and a couple of pewter spoons, make but a sorry show». (c. 56)

«. кукурузные хлопья, насыпанные в кипяток, деревянная миска да две оловянные ложки. Не слишком-то соблазнительное угощение». (с. 57)

Русскоязычному читателю, незнакомому с культурой США, может быть непонятен грустный тон высказывания. В сознании же любого американца выражение «Indian meal» ассоциируется с сочетанием «Indian corn».

Indian corn = corn - кукуруза (Американа, 1996, с. 214).

Оттенок грусти объясняется тем, что кукурузные хлопья не относятся к сытным и роскошным блюдам, а представляют собой простую грубую пищу.

В следующем отрывке мы сталкиваемся с безэквивалентным словом, для передачи которого переводчик прибегает к описательному способу перевода.

«. I see that my sister's got supper ready for us; so we mou't as well fall to upon the hoecake». (c. 328)

«. по-моему, у сестры уже готов ужин, так что самое время нам навалиться на. кукурузные лепешки». (с. 329)

hoecake - in southern U. S., a cake made of corn meal, orig. baked on a hoe (Webster's New American Dictionary, 1955, c. 444).

тонкая кукурузная лепешка; первонач. выпекалась на мотыге над костром {hoe - мотыга} (ЖиК, 1998, с. 179)

Весьма разнообразны наименования напитков, особенно алкогольных.

«Having accordingly disposed of what remained of the ale,. they finally made a bolt for the street». (c. 230)

«Соответственным образом расправившись с остатками эля,. они наконец рванулись на улицу». (с. 231)

ale - fermented malt beverage, full-bodied and somewhat bitter, with strong flavour of hops. Popular in England, where the term is now synonymous with beer (Britannica, 1994, т. 1, с. 233).

эль, светлое пиво (ВЛС, 1978, с. 29).

Многие названия сохраняют национальный колорит принадлежности к определенному этническому коллективу.

«He even ventured,. to taste the beverage, which he found had much of the flavour of excellent Hollands» (c. 84)

Переводчик компенсирует лакуну, прибегая к описательному переводу:

«Он даже решился,. сам отведать напитка и нашел, что он имеет вкус и аромат наилучшего голландского джина». (с. 85)

Hollands - gin distilled in Holland (Webster Universal Dictionary, 1975, c. 681)

Примечательны обнаруженные в оригинале названия напитков - жаргонизмы, перевод которых, выполненный В. Роговым, отличается особой эмоциональной окраской, перекликающейся с интонациями подлинника.

1) «. and what business ye have here, rigged off like the foul fiends, and swilling the snug blue ruin». (c. 242)

«. да какого черта вам здесь надобно, что разрядились вы по-бесовски да хлещете синюю погибель». (с. 243).

blue ruin - разг. «синяя отрава», джин (ВЛС, 1978, с. 63)

Следует, однако, отметить, что в данном случае наиболее удачным вариантом перевода было бы выражение «зеленый змий», которое у русского реципиента однозначно ассоциируется с крепким алкогольным напитком и несет в себе коннотации, присущие и английскому языку «blue ruin».

2) «. for by no matter of means either can I or will I swallow another drop - least of all a drop of that villainous bilge-water that answers to the hail of «Black Strap». (c. 246)

«Потому как я никоим образом не могу и не хочу проглотить хотя бы еще капельку - а менее всего хотя бы капельку того вонючего пойла, которое называется черным жгутом». (с. 247)

Black Strap = black stripe - разг. «черная полоса», горячий напиток из рома с лимоном и черной патокой (ВЛС, 1978, с. 60).

В следующем примере лакуна компенсируется в переводе путем замены английского разговорного названия русским названием, также разговорным, причем переводчику, на наш взгляд, удается избежать искажения смысла.

«. I have, at present, a full cargo of «humming stuff» taken in and duly paid for at the sign of the «Jolly Tar». (c. 246)

«. я в настоящее время полон до отказа «пенным», принятым и сполна оплаченным под вывеской «Развеселого матросика». (с. 247)

humming - colloq. Foaming; potent: esp. pert. to liquor (Webster's New American Dictionary, 1955, c. 455).

д) Бытовые заведения

В эту группу входят слова, обозначающие типы гостиниц, ресторанов, особенности бытового обслуживания, а также персонал, занятый в сфере обслуживания. Различные питейные заведения не являются исключительно американскими или английскими реалиями, однако их система развита на Западе гораздо шире, нежели в России, поэтому у русского реципиента нет достаточно четкого представления о специфике каждого из них.

Из питейных заведений в тексте оригинала упоминаются ale-house и tap-house.

1) ale-house - humble public-house; shop where ale is sold (Webster Universal Dictionary, 1975, c. 46).

«. two seamen. were much astonished to find themselves seated in. an ale-house». (c. 226)

Синонимом слова ale часто является beer, поэтому переводчик подбирает русских аналог, способный компенсировать образовавшуюся лакуну. При замене утрачивается национальный колорит, однако удается избежать пространного описания:

«. два матроса. были весьма изумлены, обнаружив себя сидящими в пивной». (с. 227)

2) «Various and eventful, however, had been the peregrinations of the worthly couple in and about the different tap-houses of the neighbourhood». (c. 228)

tap - liquor obtained from particular cask; special brew of liquor (Webster Universal Dictionary, 1975, c. 1525).

Слово «tap-house» мы можем отнести к пласту безэквивалентной лексики. В данном случае переводчик использует перевод генерализации, заменяя специфическое безэквивалентное наименование более широким понятием. При этом, конечно, происходит потеря экстралингвистического содержания слова:

«Многообразны и богаты событиями были. скитания достойной пары по окрестным питейным заведениям». (с. 229).

В следующем отрывке мы встречаем наименование служащего:

«I am the grub-man. Such gentlemen as have friends here, hire me to provide them with something good to eat». (c. 454)

grub - (sl) food (AS Hornby, 1982, c. 382).

Этот пример своеобразен тем, что переводчик в качестве аналога использует русское слово с низкой частотностью, тем самым восполняя потерю национального своеобразия оригинального выражения и подчеркивая, что подобная должность устарела и в настоящее время ее, в общем-то, не существует.

«Я - кухмистер. Господа, у которых приятели сюда попадают, платят мне, чтобы я кормил этих пташек повкуснее». (с. 455)

е) Транспорт

К реалиям транспорта мы отнесли различные виды средств передвижения.

1) Пример специфической американской реалии мы находим в следующем предложении:

«In fact, I almost lived in my rockaway for the time». (c. 452)

rockaway - {fr. Rockaway, town in Northern New Jersey where carriages were made} a light low American four-wheel carriage with a fixed top and open sides that may be covered by waterproof curtains (Webster's Third New International Dictionary, 1981, c. 1965).

Поскольку эквивалента этой реалии в русском языке не существует, переводчик прибегает к приблизительному переводу и находит русский аналог, также представляющих собой реалию прошедшей эпохи:

«Можно сказать, что я прожил эти дни, почти не выходя из кареты». (с. 453)

2) ». the Falmouth packet is preparing to sail for England in a few days, and I must go in her». (c. 336)

packet - also packet boat - a boat that carries mail and usually passengers at regular times between places (Longman, 1992, т. 2, с. 739).

Переводчик дает транслитерированный вариант, сохраняя национальный колорит подлинника:

«. через несколько дней в Англию отходит Фалмутский пакетбот, и я должен плыть на нем». (с. 337)

Пакетбот - устарелое название небольшого морского почтово-пассажирского судна (СИС, 1988, с. 355).

Поскольку слово «пакетбот» принадлежит к пласту устаревшей лексики, то, как нам кажется, лакуна вполне компенсирована переводчиком.

3) Следующая реалия передана переводчиком с помощью приближенного перевода.

«I might run of thy errands,. or harness thy pair of bays to thy phaeton». (c. 52)

«Был бы у тебя на побегушках. Или закладывал твою пару гнедых в коляску». (с. 53)

phaeton - open, four-wheeled doorless carriage, popular in the 18th and 19th centuries. The most spectacular phaeton was the English four-wheeled high-flyer (Britannica, 1994, т. 9, с. 351).

Мы полагаем, что переводческая замена не совсем удачна, поскольку существует русский эквивалент реалии - «фаэтон», относящийся к пласту устаревшей лексики.

4) «. jumping into the first omnibus, [I] was soon removed from pursuit». (c. 452)

«. вскочив в первый попавшийся омнибус, [я] вскоре ушел от погони». (с. 453)

В данном случае переводчик намеренно избегает словарного соответствия omnibus - «автобус». Это могло бы создать у читателя неверное представление об описываемой эпохе.

ж) Обычаи, традиции, праздники

В каждой стране и в каждое время существуют свои традиции и обычаи, при передаче которых в тексте перевода могут возникнуть лакуны из-за недостаточного знания иноязычной культуры.

Отметим некоторые праздники:

1) «Midsummer eve had come». (c. 198)

«On the Eve of St. John, they felled whole acres of the forest to make bonfires». (c. 210)

Midsummer eve - канун важнейшего народного языческого праздника, во время которого в ряде областей Англии было принято повторять некоторые майские праздничные ритуалы.

Midsummer Day - «середина лета» (24 июня, квартальный день) (ВЛС, 1978, с. 276).

St John the Baptist's Day - день св. Иоанна Крестителя (24 июня; один из главных праздников англиканской церкви) (ВЛС, 1978, с. 401).

В качестве эквивалентов переводчик подбирает аналогичную реалию - слово в русской культуре. Midsummer eve и St John's Day приходятся на ночь с 23 на 24 июня. В России это время соответствует Иванову дню.

«Наступил уже канун Иванова дня». (с. 199)

«В канун Иванова дня целые участки леса вырубались и шли на костры». (с. 211)

2) «In their train were. mummers, rope-dancers, and mountebanks, who would long be missed at wakes. and fairs». (c. 208)

Wake (s) - ежегодный праздник на севере Англии, первоначально приходский; празднуется в воскресенье и часто продолжается целую неделю; отмечается ярмарками, народным гуляньем, танцами, спортивными играми и т. п. (ВЛС, 1978, с. 444).

Для того, чтобы компенсировать образовавшуюся лакуну и избежать громоздкого описательного перевода, переводчик находит аналог, понятный русскому читателю:

«Были там. скоморохи, канатные плясуны, шуты и гаеры, без которых не обходились в доброй старой Англии ярмарки, сельские пирушки». (с. 209)

Сельские пирушки на Руси также порой затягивались на неделю и сопровождались теми же атрибутами, что и английский праздник. Однако в данном отрывке мы сталкиваемся не только с реалией-праздником, но и с наименованием участника праздника:

Mummer - лицедей, участник народного представления, особ. рождественского (ВЛС, 1978, с. 286).

Для этой реалии переводчиком найден не менее удачный аналог, призванный воссоздать для русского реципиента дух прошедшей эпохи, - «скоморох».

Многие атрибуты английских или американских праздников могут вызвать затруднения при восприятия текста перевода:

1) «Bright were the days at Marry Mount, when the Maypole was the banner staff of that gay colony!» (c. 198)

«Весело жилось в Мерри-Маунте, когда на майском дереве развевался флаг этой беззаботной колонии!» (с. 199)

Русскому читателю совершенно незнакома эта американская реалия, вот почему в данном случае необходимо пояснение, которое дается в виде сноски:

Maypole - «майское дерево», шест или дерево, урашенное лентами и венками, вокруг которого происходило карнавальное веселье в первый день мая.

2) «The King of Christmas was duly crowned, and the Lord of Misrule bore potent sway». (c. 210)

«На рождество устраивалась шуточная коронация рождественского короля и, как водится, избирался почетный председатель «пира дураков». (с. 211)

Если первая лакуна компенсируется переводчиком в самом тексте («шуточная коронация рождественского короля»), то ко второй реалии необходимо пояснение.

Lord of Misrule - «владыка буянов», «князь беспорядка», распорядитель рождественских увеселений в «доброй старой Англии» (ВЛС, 1978, с. 259).

Кроме традиций, связанных с праздниками, у каждого народа есть свои обычаи повседневной жизни, развлечения, игры, забавы. Некоторым из них может быть найден русский аналог:

«Often, the whole colony were playing at blindman's buff». (c. 212)

«Частенько затевалась общая игра в жмурки». (с. 213)

Blind man's buff - жмурки, популярная игра старинного происхождения; за каждого пойманного водящий получает три шлепка (ВЛС, 1978, с. 61).

К приблизительному переводу переводчик прибегает и в следующем случае:

«He assisted at their sports,. taught them to fly kites and shoot marbles. (c. 72)

«Он принимал участие во всех их затеях,. учил их запускать змея и играть в камешки». (с. 73)

Marbles - «шарики», детская игра (ВЛС, 1978, с. 267). Разноцветные стеклянные шарики (первоначально их делали из мрамора) помещаются в начерченный на земле круг; игра заключается в том, чтобы выиграть шарики соперника, выбивая их из круга ударом своего шарика. В русской культуре отсутствует абсолютный эквивалент этой игры, однако есть нечто похожее - игра «в камешки». Таким образом, переводческая замена вполне возможна.

В тех случаях, когда реалия оказывается практически «неотображаемой», переводчик прибегает к описательному переводу:

«. and when sport itself grew wearisome, they made game of their own stupidity, and began a yawning match». (c. 214)

«. когда же им приедался весь этот балаган, они, не теряя чувства юмора, устраивали конкурс на самый продолжительный и звучный зевок». (с. 215)

з) Меры, деньги

Единицы измерения также принадлежат к числу реалий. Большая часть наименований этих единиц - типичные для языка оригинала термины, а реалиями их делает ограниченное распространение. Фоновые знания русскоязычного читателя не всегда позволяют сделать ему правильный вывод о тех или иных размерах, указанных в оригинале.

В исследуемых текстах мы находим:

меры длины

inch -

дюйм (2, 54 см)

foot -

фут (30, 48 см)

yard -

ярд (= 3 футам = 91, 44 см)

mile -

миля (1, 609 км)

(ВЛС, 1978, с. 219, 172, 460, 277)

league -

лига (= 3 милям = 4, 828 км)

(СИС, 1988, с. 277)

меры площади

acre - акр (= 4840 кв. ярдам = 4046, 86 м2)

меры жидкостей

quart -

кварта (= 1, 136 л)

gallon -

галлон (= 4 квартам = 4, 546 л)

barrel -

баррель (= 163, 65 л)

(ВЛС, 1978, с. 23, 342, 178, 50)

Наиболее интересными для рассмотрения нам представляются следующие случаи.

«. away went Bullet, as if in a quarter race, with all his beauties spread in handsome style». (c. 156)

quarter race - a quarter-mile race between two horses (Webster's Third New International Dictionary, 1981, c. 1861).

quarter mile - a quarter of a mile, 440 yds., esp. considered as distance for a race (Webster Universal Dictionary, 1975, c. 1165).

Поскольку в русском языке нет аналога данной реалии, переводчиком дается описательный вариант перевода.

«. Ураган помчался, словно в заезде на четверть мили, с блеском демонстрируя все свои красоты». (с. 157)

В следующем фрагменте текста для точной передачи смысла высказывания переводчик сохраняет национальную специфику исходной культуры.

«His height was about twelve hands; but. his shape partook somewhat of that of the Giraffe». (c. 154)

hand - unite of measurement, about four inches (10-16 cm), the breadth of the hand, used for the height of a horse (from the ground to the top of the shoulder) (AS Honby, 1982, c. 389).

Так как в тексте оригинала описывается именно лошадь, то предпочтение отдается дословному варианту перевода:

«Высотой он был ладоней в двенадцать, но формами сильно напоминал жирафа». (с. 155)

Следующий пример привлекает внимание тем, что в текст перевода вводится специфический элемент русской культуры.

«Of a cold morning, when business was but dull, Turkey would gobble up scores of these cakes». (c. 396)

«Когда выдавалось утро посвободнее, Индюк уплетал эти пряники дюжинами». (с. 397)

score - a sum of twenty, twenty (Webster's Third New International Dictionary, 1981, c. 2036).

Хотя очевидна разница с точки зрения количества, переводчику учитывается гораздо более важный фактор: им сохраняется стилистическая экспрессивность выражения, а также делается акцент на время описываемых событий, поскольку слово «дюжина» относится русскими реципиентами к пласту устаревшей лексики.

В текстах новелл сборника неоднократно встречаются различные наименования денежных единиц США и Великобритании, которые остаются во многом «лакунизированными» с точки зрения выражения полного понятия о реалии.

«. You'd better let me lend you a guinea or so that I've got to spare». (c. 338)

«. может, вы позволите мне одолжить вам пока что гинею-другую, у меня есть лишнее». (с. 339)

Транслитерационный вариант перевода не позволяет русскому читателю судить о том, большая это сумма денег или нет.

guinea - гинея, золотая монета; первоначально = 20 шиллингам, затем 21 шиллингу; вышла из обращения в 1813 г. (ВЛС, 1978, с. 196).

В следующих трех отрывках произведения лакуны компенсируются либо путем замены названия английской денежной единицы русской реалией, либо с помощью контекстуального перевода с использованием приема генерализации.

1) »If I prefer to ply a useless quill, by this farthing taper, she will pity me and go out alone». (c. 62)

«Если бесполезное царапанье пером по бумаге при свете грошовой свечки для меня важнее, она, так и быть, готова сжалиться надо мной и пойдет на прогулку в одиночестве». (с. 68)

Или:

«. the old men thought. hardly of him becouse he. never seemed ambitious of earning a farting». (c. 108)

«. люди пожилые судили его. потому что он. не выказывал желания заработать хотя бы малую толику денег». (с. 109)

farting - a former small British coin, equal to one fourth of a penny (Webster's New World Dictionary of American English, 1988, c. 492).

В обоих вышеуказанных случаях переводчик подбирает удачную замену иноязычной реалии. Конечно, происходит некоторое искажение, но именно благодаря добавлению в текст специфических для культуры ПЯ элементов оказывается возможным осуществление прагматического воздействия на русского реципиента.

2) «The boy would then leave the office, jingling a few pence». (c. 406)

pence (pl. of penny) - a small amount of money (Longman, 1992, т. 2, с. 760-761).

Как и в предыдущих примерах, жертвуя передачей национальной специфики оригинального наименования, переводчик придерживается концепции функционально-прагматической адекватности перевода:

«Затем мальчик исчезал из конторы, позвякивая в кармане мелочью». (с. 407)

3) В предложении

«Rip Van Winkle, however, was one of those happy mortals, who. would rather starve on a penny than work for a pound». (c. 74)

мы встречаем две «денежные» реалии - penny и pound, благодаря которым достигается эмоциональная окрашенность текста оригинала.

penny - пенни, мелкая монета из бронзы или медно-никелевого сплава (ВЛС, 1978, с. 319).

pound = pound sterling - фунт стерлингов, денежная единица = 240 пенсам до 1971 г. (ВЛС, 1978, с. 332).

При дословной передаче реалий это выражение, понятное любому англоязычному читателю, утратило бы свою экспрессивность. Поэтому переводчик, переосмысливая представленные имплицитно фоновые знания о жизни американцев, дает в переводе лишь логический вывод:

«Но Рип Ван Винкль был одним из тех счастливых смертных, которые. согласны лучше голодать и бездельничать, нежели трудиться и жить в достатке». (с. 75).

Таким образом, и в данном случае переводчик стремится к тому, чтобы перевод воспроизводил прагматический потенциал оригинала.

2. 2. Географические реалии

В исследованных нами новеллах мы неоднократно встречали описание особенностей климат, рельефа, растительности, животного мира и географического расположения США и Великобритании. Выявленные реалии были отнесены нами к числу географических.

а) Названия, обозначающие особенности климата:

В тексте оригинала было обнаружено необычное идиоматическое выражение, относящееся к данной категории.

«A request so unusual, and such a sultry season of the year, (it being now the height of the dog days)., could not give me some surprise». (c. 34)

dog days - the hottest days of the year in the Northern Hemisphere (July and August) (Словарь американских идиом, 1977, с. 95).

В России самое жаркое время года тоже приходится на июль-август, однако в русском языке не существует эквивалента данному выражению. Поэтому переводчик дает приближенный вариант перевода, близкий русскоязычному реципиенту и способный вызывать в его сознании те же ассоциации, что и словосочетание «dog days» в сознании американца.

«Его просьба, столь необычная, такая несвоевременная, (был палящий зной). отчасти смутила меня». (с. 35)

б) К числу реалии политико-экономической географии можно отнести реалии территориального деления, например, части населенного пункта.

«. for a few days, I drove about the upper part of the town and through the suburbs». (c. 452)

uptown - жилые кварталы города. Располагаются в северной или в более высокой части города, территория которого спускается к берегу реки (Американа, 1996, с. 1009).

Как мы видим, выражение «the upper part of the town» несет в себе весьма обширную информацию. Переводчик же в качестве основного компонента выделил направление части города - сторону света.

«. несколько дней я разъезжал. по северной части города и предместьям». (с. 453)

Таким образом, широкое английское понятие заменяется в тексте перевода понятием с более узкой специализацией. При этом происходит некоторая потеря информации, впрочем, не столь релевантной для русского реципиента.

в) Названия растений

Названия некоторых деревьев, кустарников и других растений имеют ярко выраженную национально-культурную окраску. Они являются необъемлемой частью фоновых знаний носителей языка, но для представителя другой культуры (в нашем случае, русского реципиента) в тексте часто выступают в качестве непонятных реалий.

Из названий деревьев в тексте оригинала упоминаются hickory и sycamore.

«. if they only knew there, as I do, what a cutting and slashing you did use to make among their red coats, I recon they'd hang you to the first hickory». (c. 338)

В переводе мы не находим громоздких описаний; в данном случае дается лишь русский эквивалент реалии, с помощью которого сохраняется местный колорит высказывания. Однако, оригинальное название совершенно не воспринимается носителями культуры. Пример привлекает внимание полной лакуной, образовавшейся в тексте перевода.

«Да знай они, как знаю я, сколько вы перекроили у них красных мундиров, они бы вас на первом же пекане повесили!» (с. 339)

hickory - пекан, североамериканское дерево с очень прочной и твердой древесиной (ЖиК, 1998, с. 178).

Следующий пример интересен не совсем удачно выбранным способом передачи реалии и относится к такому явлению как «ложный друг переводчика».

«. he happened upon a genuine Dutch family, snugly shut up. under a spreading sycamore». (c. 66)

sycamore - any of several distinct trees. In the United States it refers especially to the American plane tree (Britannica, 1994, т. 11, с. 452)

В США sycamore (платан, чинар) совсем не похож на дерево, носящее то же название в Европе (сикомор). Таким образом, при транслитерации теряется информация, подчеркивающая географическое расположение происходящих событий.

Кроме наименований деревьев, в тексте было обнаружено название культурного растения, при передаче которого переводчик использовал прием генерализации, заменив видовое понятие родовым.

«. my tow scriveners were fain to moisten their mouths very often with Spitzenbergs». (c. 396)

«. оба моих песца любили промочить горло сочным зимним яблоком». (С. 397)

Spitzenbergs - сорт сочных зимних яблок, выведенный в штате Нью-Йорк. И хотя само название при передаче реалии опускается, связанная с этим потеря коннотаций восполняется «описательными прилагательными «сочный» и «зимний». Этим и достигается адекватность восприятия текста перевода восприятию текста оригинала.

г) Животные

В двух нижеследующих примерах представлены названия пород собак, которые мы отнесли к разряду безэквивалентной лексики. При передаче этих названий на русский язык переводчики пытались сохранить те семы, которые отражают национально-культурное, экстралингвистическое содержание реалий.

«I will never be a slave. to sit upon the kitchen heat, with trencher on my lap, and eat, full in the envious eyes of Towser». (c. 52)

«. не по мне это - сидеть у кухонной плиты и вылизывать тарелки на глазах у дворового пса». (с. 53).

towser - a large dog (Webster's New International Dictionary, 1981, c, 2419).

Переводчик в своем варианте использует прием генерализации, заменяя специфическую реалию 'Towser» более широким понятие «дворовый пес». С нашей точки зрения, подобный перевод вполне возможен, поскольку дворовые собаки обычно представляют собой довольно крупные породы.

В другом примере переводчик счет более оправданным применение описательного способа перевода.

«The only leaving creature that seemed to have any care or affection for this deserted being was an old turnspit». (c. 112)

«Единственным живым существом, питавшим добрые чувства к этому всеми отверженному человеку, была старая коротконогая собачонка». (с. 113)

turnspit - one of a small breed of dog used formely for turning a spit upon which meat was cooked (Webster Universal Dictionart, 1975, c. 1598).

В переводе некоторые особенности происхождения данной породы опускаются, однако эта часть информации нерелевантна для русского читателя.

д) Еще одну группу географических реалий составляют топонимы - географические названия какой-либо определенной территории. Топонимы составляют неотъемлемую часть фоновых знаний носителей данного языка и культуры. В них, как в -зеркале, отражаются история народа, история заселения и освоения территорий. Многие географические названия обозначают объекты, которые могут быть известны и за пределами данной страны и, как правило, имеют устоявшееся соответствия в языках всего мира (что диктуется прежде всего потребностями географии и картографии), однако ассоциации, связанные с этими объектами, являются частью национальной культуры и могут быть неизвестны за пределами данной культуры. В этом случае такие имена рассматриваются нами как ономастические реалии.

В тексте оригинала неоднократно встречаются упоминания различных рек и горных хребтов США. Например, в новелле В. Ирвинга «Рип Ван Винкль» мы находим:

«Whoever has made voyage up the Hudson must remember the Kaatskill mountains. They are a dismembered branch of the great Appalachian family, and are seen away to the west of the river». (c. 68)

«Всякий, кому случалось подниматься вверх по Гудзону, помнит, конечно, Каатскильские горы. Это отроги большого Аппалачского хребта, от реки они видны к западу». (с. 69).

Экстралингвистическое содержание данных понятий раскрывается в комментариях переводчика:

the Hudson- река Гудзон, пересекает штат Нью-Йорк с севера на юг; названа так по имени английского мореплавателя Г. Гудзона; образ реки Гудзон - один из наиболее романтических образов природы в прозе Ирвинга.

the Kaatskill mountains - это название представляет собой, вероятно, измененное в духе народной этимологии голландское Kaatspel - «игра в лапту» (в новелле речь идет о голландском поселении в Америке).

Образному наименованию оригинала «Appalachian family» в переводе дается словарное соответствие - Аппалачский хребет (горная система на востоке Сев. Америки), что свидетельствует о достаточно хорошем знании переводчиком географических особенностей США.

Подобным образом можно охарактеризовать и следующий перевод отрывка оригинала:

«I remembered the bright silks and sparkling faces I had seen<. sailing down the mississippi of broadway>В данном примере мы, во-первых, встречаем географическую реалию Broadway (Бродвей, улица в Нью-Йорке, где расположены театры, увеселительные заведения и т. п.), а кроме того, находим гидрографическое название Mississippi (Миссиссиппи, река в США, одна из крупнейших в мире), знакомое каждому американцу и, в общем-то, известное за пределами Америки. Однако фоновые знания не всякого русскоязычного реципиента позволят ему понять роль данного объекта в сознании и культуре народа-носителя языка. Видимо, поэтому переводчиком приводится описательный вариант перевода данного топонима:

«Мне вспомнились яркие шелка и веселые лица, которые. проплывали передо мной по широкой реке Бродвея». (с. 419).

В рассказе Э. А. По «Король Чума» упоминается название горного пика, свидетельствующее о том, что повествование ведется о событиях, происходящих не в США, а в Великобритании.

«He evidentely regarded his tall shipmate with a feeling half-wondrous, half-quizzical; and stared up occasionally in his face as the red setting sun stares up at the crags of Ben Nevis». (c. 228)

«Он, по всей очевидности, относился к своему товарищу с чувством полууважительным, полускептическим; и порою смотрел ему в лицо, как заходящее алое солнце смотрит снизу вверх на утесы Бен Невиса». (с. 229)

Ben Nevis - Бен Невис, гора в Шотландии, самая высокая в Великобритании.

Среди географических названий, выявленных нами в новеллах подлинника, можно выделить группу реалий, связанных с какими-либо событиями в жизни народа - носителя языка и культуры и выполняющих в языке, кроме своей основной функции - наименования географического объекта - ряд дополнительных функций. Например:

«Young Goodman Brown came forth at sunset into the street at Salem village». (c. 168)

«Молодой Браун вышел в час заката на улицу Салема». (с. 169)

И далее:

«They tell me that some of our community are to be here from Falmouth and beyond». (c. 182)

«Говорят, кое-кто из наших явится сегодня из Фалмута и его окрестностей». (с. 183)

Пояснения в данном случае необходимы, т. к. названия Салем и Фалмут для русского читателя мало информативны. Между тем они несут в себе огромное экстралингвистическое содержание.

Salem village - деревня Сейлем, позднее - г. Сейлем (Салем), родной город Готорна; одно из старейших пуританских поселений на северо-восточном побережье США; здесь в 1691-1692 гг. прошли известные «ведовские» процессы.

Falmouth - Фалмут; несколько жителей из этой деревни, расположенной вблизи от Сейлема, так же были обвинены в колдовстве на сейлемских «ведовских» процессах.

Таким образом, образовавшиеся в тексте перевода лакуны компенсируются с помощью комментария. И уже с первых слов новеллы можно определить ее тематику - обращение к пуританскому прошлому Новой Англии с его фанатической борьбой против ведьм и дьявола, исследование психологии зла, тайного греха.

Аналогичный топоним мы находим у Н. Готорна:

«There is a admirable foundation for a philosophic romance in the curious history of the early settlment of Mount Wollaston, or Merry Mount». (c. 198)

«В любопытной истории одного из первых поселений Новой Англии Маунт-Уолластона, известного под именем Мерри-Маунта, кроется богатый материал для целого философского романа». (с. 199)

Факты из истории освоения американской территории, отсутствующие в фоновых знаниях русского читателя, поясняются переводчиком:

Merry Mount - первоначально одно из первых поселений в Массачусетсе получило название по имени его основателя - капитана Маунта Уоллостона (до 1624 г.); на покинутой Уолластоном фактории в 1625 г. Томас Мортон основал свою «веселую» колонию, назвав ее Мерри-Маунт; после захвата колонии плимутскими пуританами в 1628 г. Мортон был схвачен и выслан в Англию.

В тексте оригинала часто встречаются «вкрапления» собственных географических названий, вероятно, для того, чтобы придать повествованию реалистичность. Лакуны, которые образуются при переводе предложений с подобными «вкраплениями» компенсируются либо с помощью примечаний, либо применением трансформационного (контекстуального) способа передачи реалии.

«. surrending my business to Nippers, for a few days I drove. in my rockaway; crossed over to Jersey City and Hoboken, and paid fugitive visits to Manhattanville and Astoria». (c. 453)

«. передав дела Кусачке, [я] несколько дней разъезжал в своей карете., переправлялся в Джерси-сити и Хобокен и лишь украдкой наведывался в Манхэттенвилл и Асторию» (с. 453).

Jersey City, Hoboken, Manhattanville, Astoria - Джерси-сити, город на противоположном от Нью-Йорка берегу р. Гудзон (штат Нью-Джерси); Хобокен - городок на берегу р. Гудзон неподалеку от Джерси-сити; Манхэттенвилл, Астория - районы Нью-Йорка.

При переводе следующего отрывка оригинала переводчиком использован прием генерализации с семантическим сдвигом без конкретизации понятий.

«. the most timorous of the sex might rove in safety and alone from the Bowery-house to Albany pier, at any time of the night». (c. 62)

«. самая робкая из представительниц твоего пола может, ничего не опасаясь, хоть всю ночь разгуливать по городу одна». (с. 63)

В данном случае происходит замена американской реалии (Бауэри-стрит и мол Олбани находятся в Нью-Йорке, расстояние между ними равно приблизительно миле) более широким понятием, лишенным какого-либо национального колорита, но понятным русскоязычному реципиенту.

В новеллах и рассказах сборника упоминаются также некоторые топонимические реалии, связанные с системой образования США. Они могут быть известны и за пределами данной страны, однако ассоциации, возникающие при упоминании этих объектов, являют собой часть национальной культуры англоязычных народов и могут быть недоступны для восприятия в тексте перевода.

«You, who have travelled on foot no less than one hundred and seventeen leagues, till you came to the walls of Dartmouth College, and all for the same of gaining an insight into languages, arts mysteries». (c. 36)

«Ради того только, чтобы приобщиться языков, искусств и таинств, вы отшагали ни много ни мало семнадцать лиг до порога Дартмутского колледжа». (с. 37)

Поскольку в тексте речь идет об индейском вожде, русскому читателю может показаться неуместным употребление названия учебного заведения. Экстралингвистическое содержание понятия раскрывается с помощью комментария:

Dartmouth College - Дартмутский колледж. Весьма авторитетный и влиятельный частный колледж высшей ступени в г. Хановере, штат Нью-Хэмпшир - фактически университет; преобразован в 1796 г. из Миссионерской школы Мура для индейцев (Американа, 1996, с. 233).

Отмечены также примеры употребления топонимов системы образования Великобритании.

«After a lapse of some months, spent at home in mere idleness, I found myself a student at Eton». (c. 174)

«После нескольких месяцев, проведенных дома в совершенной праздности, я был определен в Итон». (с. 275)

Или:

«. my attention being all absorbed in a contemplated departure for Oxford». (c. 278)

«. мое внимание поглотил предполагаемый отъезд в Оксфорд». (с. 279)

Широко известные английскому реципиенту, эти названия могут оказаться лакунами для русского читателя.

Eton - Итон, одна из девяти старейших престижных мужских привилегированных средних школ; находится в г. Итоне; учащиеся - в основном выходцы из аристократических семей; плата за обучение очень высокая (ВЛС, 1978, с. 160).

Oxford = Oxford University - Оксфордский университет, один из крупнейших и старейший; плата за обучение высокая (ВЛС, 1978, с. 310).

Таким образом, уже по названию учебных заведений, можно судить о том, что герой рассказа - выходец из очень богатого и знатного аристократического семейства.

Проанализировав выявленные в ходе исследования топонимы, мы можем сделать вывод, что для адекватного восприятия всего того, что скрывается за географическим названием, недостаточно чисто географических познаний, необходимо также знание истории и культуры данной страны.

2. 3. Общественно-политические реалии

Общественно-политическая лексика является одним из основных центров максимальной концентрации национально-окрашенной лексики, отражающей особенности жизни народа-носителя языка. Названия учреждений, наименования органов власти, различных государственных и общественных организаций и их служащих придают тексту ярко выраженный национальный колорит, сохранение которого необходимо для достижения адекватного воздействия на читателя текста оригинала и текста перевода.

К числу общественно-политических реалий мы относим:

а) Реалии законодательной власти

В тексте оригинала мы встречаем название парламента США:

«. a lean, bilious-looking fellow. was haranguing vehemently about rights of citizens - elections - members of congress». (c. 92)

«. тощий и желчный верзила. с жаром ораторствовал о гражданских правах, выборах, членах конгресса». (с. 93)

Congress - the highest law-making body of the US, consisting of the Senate and the House of Representatives (Longman, 1992, т. 1, c. 213).

б) Политические партии и общественные организации

Во многих случаях лакуны остаются незаполненными, поскольку наименования партий переводятся, но не поясняются.

«That settlement was a mightly ugly thorn in the sides of us whigs». (c. 324)

«Этот поселок. был нам, вигам, хуже болячки в боку». (с. 325)

Whigs - виги, политическая партия в Англии (XVII - XIX вв.), выражавшая интересы обуржуазившейся дворянской аристократии, крупной торговой и финансовой буржуазии; предшественница английской либеральной партии (СИС, 1988, с. 102).

«. he was moved to do so. because of the hate which he felt for a man who had been particularly bold and active in cutting up a party of Scotch loyalists to which he belonged». (c. 372)

«. он совершил убийство. из ненависти к человеку, особо отличившемуся в одном сражении,. когда был разгромлен отряд лоялистов, в котором он состоял». (с. 373)

Как и в предыдущем примере, название организации остается «лакунизированным».

Loyalists - «лоялисты», последователи правоэкстремистского протестанстского деятеля И. Пейсли, выступающие за укрепление связей Северной Ирландии с Великобританией (ВЛС, 1978, с. 260).

в) Реалии судебной системы

Для того, чтобы компенсировать образовавшуюся лакуну, в текст перевода переводчиком часто вводится элемент культуры русского реципиента.

«During the session of the Superior Court, in the village of -, about three weeks ago. I observed a young man». (c. 150)

«Недели три назад, когда в городке Н. шла сессия верховного суда, я заметил. молодого человека». (с. 151)

Superior Court - Высший суд, промежуточная судебная инстанция в ряде штатов США между судебными учреждениями первой инстанции и Верховным судом штата (Англо-русский полный юридический словарь, 1993, с. 350).

Конечно, происходит некоторое искажение смысла, однако достигается необходимая функционально-прагматическая адекватность перевода.

В приведенном ниже примере специфические наименования реалий судебной системы передаются либо описательно, либо с помощью аналогов, имеющихся в русской юридической системе.

«Now my original business - that of a conveyancer and title hunter, and drawer-up of recondite documents of all sorts - was considerably increased by receiving the Master's office». (c. 396)

«Повторяю: когда получил я должность члена совестного суда, прежний круг моих обязанностей - как нотариуса, ходатая по имущественным делам и составителя всяких сложных документов - значительно расширился». (с. 397)

conveyancer - нотариус по операциям с недвижимостью (Англо-русский полный юридический словарь, 1993, с. 99).

title hunter - юрист, разыскивающий бумаги, которые подтверждают право собственности.

Master's office - имеется в виду помощник судьи в совестном суде (Master of Chansery);; совестный суд, или суд совести (в 18-19 вв) судил на основании не только законов, но и по принципам «естественной справедливости».

г) Общественные и исправительные заведения

При передаче подобных реалий переводчик в целях адекватного воздействия на русского реципиента часто жертвует национальной спецификой иноязычных наименований. Их экстарлинглвистическое содержание раскрывается введением в текст перевода реалий общественной жизни России. Например:

«At all events, if nothing else could be decided upon, the alms-house must receive him». (c. 454)

«На худой конец его нужно поместить в богадельню». (с. 455)

alms-house - a house, usu. one of a group, provided in former times by a rich person in Britain, in which old or poor people could live without paying rent (Longman, 1992, т. 1, с. 26).

Найденный переводчиком аналог весьма удачен: богадельня в доревол. России приют для бедных и инвалидов (СЭС, 1989, с. 148).

В тексте оригинала встречаются также названия исправительных заведений - тюрем, при переводе которых образуются лакуны.

«As I aterwards learned, the poor scrivener, when told that he must be conducted to the Tombs, offered not the slightest obstacle». (c. 452)

Переводчик пытается сохранить эмоциональную окрашенность названия, но не поясняет его, и русским читателями приходится полагаться на собственную интуицию:

«Как я узнал впоследствии, бедный переписчик не оказала ни малейшего сопротивления, услышал, что его поведут в Гробницу». (с. 453)

Или:

«Did you know Monroe Edwards? -. he died of consumption at Sing-Sing». (c. 456)

Название тюрьмы транслитерируется:

«Вы Монро Эдвардса знали? - Умер от чахотки в Синг-Синге» (с. 457)

the Tombs - «Гробница», старая нью-йоркская городская тюрьма, построена в «египетском» стиле.

Sing-Sing - Синг-Синг, нью-йоркская окружная тюрьма, расположена в 30 милях к северо-востоку от Нью-Йорка в г. Оссининг (до 1901 г. - г. Синг-Синг). Благодаря этим названиям можно сделать вывод о времени и месте описываемых в рассказе событий. Однако в переводе названия представлены без каких-либо комментариев, поэтому происходит полная потеря вышеуказанной информации, то есть образуется полная смысловая лакуна.

д) Государственные служащие

Как показало проведенное нами исследование, при передаче подобных реалий переводчик учитывая необходимость сохранения национального колорита повествования.

«What! surely you will not have him collared by a constable, and commit his innocent pallor to the common jail?» (c. 444)

constable - констебль, полицейский; низший полицейский чин (Великобритания. Лингвострановедческий словарь, 1978, с. 327).

Переводчик, не прибегая к пространным описаниям, использует транскрипционный способ перевода.

«Как! Неужели ты распорядишься, чтобы констебль взял за шиворот и, безвинного, препроводил в тюрьму?» (с. 445)

Следующий пример интересен тем, что в тексте перевода одна англоязычная реалия заменяется другой англоязычной реалией.

«. the selectmen of drivers towns make me their chairman». (c. 174)

selectman - (U. S. A.) One of a board of officers chosen in various New England states to manage municipal affairs (Webster Universal Dictionary, 1975, c. 1334).

Поскольку точного соответствия данной реалии в русском языке не существует, переводчик в своем варианте приводит реалию-американизм, используя ее в качестве аналога.

«алдермены многий селений избрали меня своей главой». (с. 175)

Олдермен - член местного законодательного собрания в некоторых штатах.

Эта замена, по-видимому, призвана сохранить национальное своеобразие подлинника, однако американизм «олдермен» вряд ли является неотъемлемой частью фоновых знаний русского реципиента, и, на наш взгляд, лакуна остается некомпенсированной.

е) Реалии местного самоуправления

Для того, чтобы компенсировать лакуны, образовавшиеся при употреблении данного пласта реалий, переводчик вводит в текст перевода специфические элементы культуры реципиента, что облегчает восприятие текста и помогает воссоздать атмосферу прошлого - времени описываемых событий.

1) «I find these chambers too far from the City Hall». (c. 444)

city hall - 1) здание муниципалитета, государственного совета; 2) муниципалитет, городской совет (Жизнь и культура США, 1998, с. 77).

Переводчиком дается русский аналог американской реалии:

«Мне неудобно, что моя контора так далеко от городской управы». (с. 455)

Городская управа - в России в 1870-1917 гг. исполнительный орган городского самоуправления (СЭС, 1989, с. 329).

2) «Among them. appeared faces that would be seen next day at the council board of the province». (c. 188)

council - the organization responsible for local goverment in a town, often consisting of elected representatives and full-time non-elected employees (Longman, 1992, т. 1, с. 233).

Как и в предыдущем случае, в тексте перевода мы находим реалию русской культуры:

«Среди толпы. мелькали лица, которые накануне можно было увидеть в залах ратуши». (с. 189)

Ратуша - в России в 18 в. - орган городского самоуправления (СИС, 1988, с. 417).

Таким образом, переводчик достигает прагматической адекватности перевода.

ж) В тексте оригинала упоминается специфическое название исполнительного ведомства, которое мы относим к пласту безэквивалентной лексики.

«. Bartleby had been a subordinate clerk in the Dead Letter Office in Washington». (c. 460)

«Бартлби состоял младшим клерком в Отделе невостребованных писем в Вашингтоне». (с. 461)

Наименование ведомства остается для русского читателя во многом «лакунизированным», поскольку при переводе утрачивается эмоциональная экспрессивность оригинального названия. Здесь мы имеем дело с так называемой эмотивной лакуной.

2. 4. Реалии системы образования, религии и культуры

а) Система образования

В тексте оригинала упоминаются различные наименования типов учебных заведений, при передаче которых на русский язык переводчик придерживается концепции функционально-прагматической адекватности перевода. Например:

«. upon the day of my arrival, a second William Wilson came also to the academy». (c. 266)

academy - (частная средняя) школа-интернат (Американа, 1996, с. 3).

При описании того же заведения в тексте оригинала мы встречаем:

«One night, about the close of my fifth year at the school,. I arose from bed,. and stole through a wilderness of narrow passages from my own bedroom to that of my rival». (C. 272)

(boarding) school - школа-интернат, обыкн. приготовительная или привелигированная частная средняя школа (ВЛС, 1978, с. 64).

Переводчик не может сохранить национальную специфику данных наименований, однако в тексте перевода мы не находим нагромождения описания, поскольку название английских учебных заведений заменяются реалией, близкой русскоязычному реципиенту.

«. в день моего прибытия в пансион там появился второй Вильям Вильсон». (с. 267)

Или:

«Однажды ночью, в конце пятого года пребывания в пансионе. я встал и. узкими запутанными переходами прокрался из своей спальни в спальню соперника». (с. 273)

Пансион - в дорев. России и некоторых зарубежных странах закрытое учебное заведение с общежитием и полным содержанием учащихся (СЭС, 1989, с. 975).

Потеря некоторой части информации неизбежна, но именно с помощью введения в текст перевода аналога иноязычной реалии оказывается возможным осуществление прагматического воздействия на русского читателя.

б) Религия

К этой группе реалий мы относим культы и их последователей, культовые здания и предметы, связанные с религией, а также библейские аллюзии, относимые в лингвострановедении к афористическому уровню. Для русского читателя многие из них могут оказаться-лакунами, если не будут объяснены.

Пример из рассказа Н. Готорна «Молодой Браун»:

«I have been as well acquainted with your family as with ever a one among the Puritans». (c. 174)

«Ни с кем из пуритан не водил я такой дружбы, как с вашим семейством». (с. 175)

Puritans - пуритане, движение XVI -XVII вв. за очищение англиканской церкви от остатков католицизма в богослужении, обрядах и доктрине. Пуритане отличались строгостью нравов и религиозной нетерпимостью (ВЛС, 1978, с. 341).

Понимание данной реалии необходимо для восприятия многих произведений американской романтической прозы, относящихся ко времени образования первых колоний на территории США.

Далее в том же рассказе мы встречаем:

«I helped your grandfather, the constable, when he lashed the Quaker woman so smartly through the streets of Salem». (c. 174)

«Я помогал твоему деду, констеблю, когда он плетьми гнал квакершу по улицам Салема». (с. 175)

Для понимания смысла высказывания достаточно самого общего комментария:

Quakers - разг. квакеры, члены «Общества друзей» (протестантская секта, основанная в XVII в. Дж. Фоксом; духовенства не имеет, отвергает религиозные обряды, таинства; проповедует пацифизм; сами квакеры именуют себя «друзьями» (ВЛС, 1978, с. 342).

Таким образом, можно сделать вывод о том, что в пуританских селениях квакеры подвергались гонениям.

В следующих трех примерах упоминаются наименования религиозных служителей. При передаче данных реалий, мало информативных для русского читателя из-за нашей общей религиозной необразованности, переводчиком использован прием генерализации.

1) «What! was not the mansion house of a fat clergyman a more desirable acquisition than this miserable hut». (c. 38)

«Как?! Разве просторный дом толстяка-священника не был предпочтительнее этой жалкой лачуги». (с. 339)

clergyman - священник англиканской церкви (ВЛС, 1978, с. 108).

2) «. the parson of the village, who was a man of some reading, pronounced it [humility] the stubborn insensibility of a stoic philosopher». (c. 114)

«. священник, человек начитанный, определил ее [покорность] как упрямую бесчувственность философа-стоика». (с. 115)

parson = parish priest - приходской священник; настоятель приходской церкви (ВЛС, 1978, с. 313).

3) «Of this church the principal of our school was pastor». (c. 256)

«Священником в этой церкви был директор нашего пансиона». (с. 257)

pastor - пастор в любой христианской церкви или секте, кроме римско-католической и англиканской (ВЛС, 1978, с. 315).

Мы полагаем, что из-за отсутствия фоновых знаний по данной тематике разница между приведенными выше наименованиями русским реципиентом не воспринимается. Видимо, поэтому переводчик заменяет специфические реалии англоязычной культуры более общим наименованием «священник», понятным любому русскому читателю.

Следующей религиозной реалии, обнаруженной в тексте оригинала дается в переводе точное эквивалентное соответствие:

«. the young man pursued his way until, being about to turn the corner by the meeting-house, he looked back». (c. 170)

«. молодой человек пошел прямой дорогой до самого молитвенного дома; там, прежде чем свернуть за угол, он оглянулся». (с. 171)

meeting house - молитвенный дом в некоторых протестантских церквах и у квакеров (ВЛС, 1978, с. 272).

Возможно, некоторая часть информации при передаче реалии на русский язык утрачивается, однако, по нашему мнению, она нерелевантна для русского реципиента.

Герои исследованных нами новелл и повестей нередко сравниваются с библейскими персонажами, что помогает автору раскрыть характер своего героя, не прибегая к пространным описаниям. В связи с этим необходимо отметить следующую особенность фоновых знаний американцев: в них немалое место занимают библеизмы. Библия продолжает оставаться настольной книгой во многих американских семьях, особенно в фермерских семьях южных районов Среднего Запада (так называемый «Bible Belt» - «Библейский пояс»); она является обязательной принадлежность каждого номера в гостинице; на библейские сюжеты и персонажи часто ссылаются и авторы художественных произведений. Например:

«Ah!» exclaimed the old lady, my grandmother, «it's hard to make you believe anything that you don't see; you are like Saint Thomas in the Scriptures». (c. 378)

«Ах, - восклицает почтенная старушка, моя бабушка, - да разве тебя заставишь поверить в то, чего ты не видел собственными глазами! Ты как Святой Фома из Писания». (с. 379)

Имена подобных библейских персонажей получили широко известные коннотации, и американский писатель прекрасно поймет, чем мотивирован выбор такого имени. Русскому читателю, по-видимому, необходимо пояснение: в данном примере имеется в виду новозаветный образ апостола Фомы, который не захотел уверовать в воскресение своего учителя Иисуса Христа по слову других апостолов, пока сам не «вложил перст» свой в раны вновь явившегося апостолам Христа (от Иоанна, 20: 24-29).

В тексте оригинала неоднократно встречаются библейские аллюзии и цитаты, также представляющие трудность для восприятия в тексте перевода.

«For a few moments I was turned into a pillar of salt». (c. 402)

«Я превратился в соляной столп». (с. 403)

Для русского реципиента сравнение может показаться несколько необычным, поэтому для понимания смысла высказывания необходимо пояснение.

Библейская аллюзия: два ангела, выводя праведника Лота с его близкими из обреченного на гибель города Содома, велели им не оглядываться; «жена же Лотова оглянулась позади него, и стала соляным столпом» (Бытие, 19: 1-26).

Редкий читатель воспримет следующую реалию афористического уровня как цитату из Библии:

«Eh! - He's asleep, ain't he?»

«With kings and counselors, » murmured I». (c. 458)

Эге, да он спит?

Опочил с царями и советниками земли, - прошептал я задумчиво. (с. 459)

Понимание значения самой цитаты не представляет особой трудности, но ее смысл и смысл всего высказывания не может быть понят, если неизвестен источник и контекст, из которого она взята.

Среди реалий культурной жизни следует прежде всего выделить относящиеся к литературе и искусству.

в) Литература

Реалии литературы включают названия наиболее известных литературных произведений. Связанные с ними коннотации широко известны англоязычном читателю и вызывают в его сознании определенные ассоциации. Русскому реципиенту для адекватного восприятия смысла повествования часто необходимы комментарии.

1) «The masques, mummeries, and festive customs, described in the text, are in accordance with the manners of the age. Authority on these points may be found in Strutt's Book of English Sports and Pastimes» (c. 198)

«Праздничные обряды, ряженые и маски, упоминающиеся в рассказе, представлены в полном соответствии с обычаями той поры. Подтверждение этому читатель найдет в сочинении Стратта «Об играх и забавах англичан» (с. 199).

В данном примере речь идет о труде «Sports and Pastimes of the People of England» (1801) английского писателя, художника и собирателя старины Джозефа Стратта (1749-1802), пользовавшегося большой популярностью у европейских писателей того времени. Пояснение помогает установить приблизительную эпоху, в которую был написан рассказ, - начало XIX в.

2) «He believe in any «ology» but pneumatology. «Faust» and the «Old Woman of Berkelеy» more his derision only». (c. 314)

«Он готов верить в любые -измы, но не в спиритизм. «Фауст» и «Старуха из Беркли» вызывают у него только насмешку». (с. 315)

Если с трагедией И. В. Гете «Фауст» русский читатель знаком хорошо, то название «Старуха из Беркли» не несет для него никакой информации. И здесь на помощь приходит комментарий:

«Old Woman of Berkeley» - мистическая баллада английского романтика Р. Саути (1774-1843). Известна в переводе В. А. Жуковского под названием «Баллада, в которой описывается, как одна старушка ехала на черном коне вдвоем и кто сидел впереди».

3) Следующий пример интересен тем, что благодаря названию художественного произведения читатель может выявить смысл, выраженный автором имплицитно.

«I gleaned a little Latin from a well taught uncle. Than Telemaque fell in my way, and by aid of a Dictionary, I and Jane hammered out its meaning. Now what little I know of these languages I would gladly teach another». (c. 54)

«Я перенял начатки латыни от моего образованного дядушки. Позднее в руки мне попал «Телемак», и при помощи Словаря мы с Джейн докопались до его смысла. Теперь, если найдутся желающие, я готов поделиться моими скромными познаниями в обоих языках». (с. 55)

В этом случае имеется в виду популярный в эпоху Просвещения философско-политический роман «Приключения Телемака» (1699) французского писателя и религиозного деятеля Ф. Фенелона (1651-1715). Таким образом, можно сделать вывод, что второй язык, о котором говорится в повествовании, - французский.

К литературным реалиям относятся также известные персонажи литературных произведений, фольклора, мифологии. Причем речь идет о персонажах не только американской и английской, но и мировой литературы вообще, поскольку культурный фон носителя языка и культуры складывается как на основе национальной культуры, так и культуры интернациональной. Многие из таких персонажей наделены обобщающими признаками, что позволяет использовать эти «значащие имена» в качестве имен нарицательных, а также в различного рода аллюзиях.

В новелле Ч. Б. Брауна «Празднослов» мы находим подобную реалию:

«A poor beggarly wight whose whole wealth is his pen: a minstrel, friendless as Edwin of immortal memory, but, alas! with none of his divine endowments». (c. 46)

«Я просто бедняк, все достояние которого - его перо; нищий одинокий певец, вроде незабвенной памяти Эдвина, только, увы! не одаренный его божественными талантами». (с. 49)

Без комментария смысл аллюзии непонятен русскому читателю.

Edwin - имеется в виду герой баллады английского писателя О. Голдсмита (1730?- 1774) «Отшельник» (1764): Анджелина считает Эдвина, своего возлюбленного, погибшим, но однажды встречается с монахом-пустынником, признающимся ей, что он Эдвин.

В следующем отрывке приводится аллюзия на персонаж классической мировой литературы:

«. still onward rolled the dumpy Tarpaulin, hanging on to the doublet of his. companion, and far surpassing the latter's most strenuous exertions in the way of vocal music, by bull-roaring., from the profundity of his stentorian lungs». (c. 234)

«. все вперед катился толстяк Брезент, уцепившись за бушлат своего. товарища и значительно превосходя его самые мощные голосовые усилия, бычьм ревом, во всю силу своих стенторовых легких». (с. 235)

Стентор - в «Илиаде» Гомера имя греческого глашатая, известного своим громоподобным голосом.

Персонажи народной мифологии и фольклора также занимают немалое место в фоновых знаниях англоязычного читателя. Для восприятия русским реципиентом подобные реалии нуждаются в пояснении.

«The schoolmaster gave it as his opinion that he was the wandering Jew». (c. 110)

«Школьный учитель высказал мнение, что он - Вечный Жид». (с. 111)

Wandering Jew - персонаж легенд, возникших в средние века; «вечный жид», или Агасфер, был, по преданию, осужден Богом за то, что не дал Иисусу Христу отдохнуть на пути к месту распятия.

г) Реалии музыкальной культуры

К этой группе реалий относятся названия национальных музыкальных инструментов, различных музыкальных жанров, возникших в данной стране или получивших в ней широкое распространение.

В качестве примера приведем обнаруженное в тексте оригинала название музыкального инструмента.

«. I shall be sufficiently happy if I can give a tolerable twang to a Jew's-harp». (c. 46)

Jews' harp - small harp-shaped musical instrument, held against the teeth and played by striking a metal tongue with the finger (Webster Universal Dictionary, 1975, c, 767)

При передаче данной реалии на русский язык переводчик не может сохранить национальный колорит специфического названия. Поэтому в тексте перевода в качестве аналога иноязычной реалии приводится реалия русской культуры, которая, по нашему мнению, весьма наглядно позволяет русскоязычному реципиенту представить эпоху, в которую происходят описываемые в оригинале события:

«. я рад, если смогу выдуть связную мелодию на губной гармонике». (с. 47)

Следует особо отметить, что оба музыкальных инструмента довольно просты в обращении, и даже не самый одаренный в музыкальном отношении человек может на них сыграть. Таким образом, дополнительные коннотации, связанные с данными реалиями, вызывают практически одинаковые ассоциации у читателей как подлинника, так и переводного варианта произведения, что, на наш взгляд, является признаком мастерства переводчика.

2. 5. Исторические реалии

В сборнике «Американская романтическая проза» нашли отражение события, связанные с конкретными историческими фактами. Это и образование первых английских колоний в Северной Америке, и жестокие и пагубные войны, которые велись белыми колонистами против местных жителей - индейцев, и американская революция 1776 г. Поэтому в тексте перевода часто образуются лакуны, связанные с незнанием русским реципиентом исторических событий, дат и имен США и Великобритании. Для облегчения восприятия текста русским читателями и для расширения его кругозора переводчиком предлагаются комментарии, связанные с историей этих стран.

Исторические события

а) Колониальное освоение Америки

Факты, связанные с появлением первых поселений на территории США, хорошо известны американскому читателю. При переводе на русский язык, естественно, необходим комментарий, причем особую трудность для -восприятия представляют случаи, когда исторические события называются не прямо, а иносказательно, намеками. Например, в новелле В. Ирвинга «Рип Ван Винкль» говорится:

«The following Tale was found among the papers of the late Diedrich Knickerbocker, an old gentleman of New-York, who was very curious in the Dutch history of the province». (c. 66)

«Следующая повесть была обнаружена среди бумаг покойного Дидериха Никербокера, старого нью-йоркского джентльмена, проявлявшего большой интерес к истории провинции». (с. 67)

В данном эпизоде речь идет о том, что в начале XVII в. на восточном побережье Америки возникло поселение голландских колонистов, получившее название Новых Нидерландов; центром провинции стал Новый Амстердам (1653). Во время англо-голландской войны (1664-1674) Новые Нидерланды перешли во владение англичан; 29 августа 1664 г. Новый Амстердам был переименован в Нью-Йорк, так же стала называться и вся провинция. В 1673 г. Голландия снова возвратила себе Новый Амстердам, но удерживала его менее года. В 1674 г. город снова стал называться Нью-Йорком.

Возможно, некоторые детали комментария не существенны для передачи смысла высказывания, но интересны с познавательной точки зрения.

В той же новелле В. Ирвинга мы встречаем:

«He was a descendant of the Van Winkles who figured so gallantly in the chivalrous days of Peter Stuyvesant, and accompanied him to the siege of Fort Christina». (c. 70)

«Он был потомком тех Ван Винклей, которые так отважно сражались в доблестные дни Питера Стайвезанта и были среди его соратников при осаде форта Кристины». (с. 71)

Fort Cristina - шведский форт недалеко от Нового Амстердама; назван так в честь шведской королевы Кристины (1632 - 1654). В 1655 г. форт был захвачен глландцами под предводительством Стайвезанта. Этот эпизод иронически описывается В. Ирвингом в «Истории Нью-Йорка» как «грандиозная» битва, во время которой с обеих сторон не погибло ни одного человека, если не считать толстого голландца, скончавшегося от несварения желудка.

Наиболее интересна последняя часть комментария, поскольку далее в повествовании говорится о «воинственном нраве» предков Рипа, который якобы не был им унаследован. Таким образом, лишь с помощью пояснения раскрывается иронический подтекст отрывка оригинала.

Следующий фрагмент касается непримиримых войн колониального населения с индейскими племенами:

«. and it was I that brought your father a pitch-pine knot. to set fire to an Indian village, in King Philip's war». (c. 174)

«. и не кто иной, как я, подал твоему отцу сосновую головню,. которой он поджег индейский поселок во время войны с королем Филиппом». (с. 175)

Речь идет о подавлении поселенцами в 1675-1677 гг. восстания объединенных индейских племен, проводившемся с крайней жестокостью. Во главе индейцев стоял вождь вампаногов Метаконет, прозванный поселенцами «королем Филиппом» и считавшийся пуританами «посланцем сатаны».

В данном случае использование комментария оправдано тем, что у русского читателя имя короля Филиппа вряд ли ассоциируется в индейским вождем. Кроме того, комментарий позволяет примерно установить время описываемых в рассказе событий 80-ми гг. XVII в.

б) Пуританское прошлое Новой Англии

В рассказе Н. Готорна «Майское дерево Мерри-Маунта» упоминаются исторические реалии, связанные с реальными событиями, происходившими в «анти-пуританской» фактории Мерри-Маунт и плимутской колонии. Отметим, что манера, в которой написан рассказ, характеризуется стремлением автора к правдоподобию описываемого, к максимально рельефности исторического колорита. Вследствие этого переводчик пытается по возможности сохранить национально-культурное своеобразие подлинника, дословно передавая реалии и комментируя их в сносках. Например:

«There be qualities. in the maiden, that may fit her to become a mother in our Israel». (c. 222)

«. а его невеста станет, быть может, в нашем Израиле добропорядочной матерью». (с. 223)

Употребление слова «Израиль» может показаться русскому реципиенту несколько необычным. Комментарий помогает восполнить образовавшуюся лакуну:

in our Israel - Израилем новоанглийские пуритане часто называли свою теократию: североамериканские поселения они считали Новым Иерусалимом, а себя - Новыми Адамами.

В следующем случае переводчик для достижения адекватного воздействия на русскоязычного реципиента дает аналог инокультурной реалии, понятной русскому читателю и способный воссоздать в его сознании необходимый образ.

«Woe to the youth or maiden who did but dream of a dance!. if he danced, it was round the whipping-post». (c. 212)

«И беда тому юнцу или девице, которые посмели бы выказать желание потанцевать!. если и доводилось ему потанцевать, то разве что вокруг позорного столба». (с. 213)

whipping post - позорный столб; находился, как правило, в центре поселений пуритан - символ пуританской нетерпимости ко злу.

в) Война за независимость (1775-1783)

В эту группу мы выделяем исторические реалии, относящиеся к событиям войны американских колоний за освобождение от британского владычества, американской буржуазной революции 1776 г. и образованию Соединенных Штатов Америки.

1) «. a lean, bilious-looking fellow. was haranguing vehemently about. liberty - Bunker's Hill - heroes of seventy-six». (c. 92)

«. тощий и желчный верзила. с жаром ораторствовал о. свободе, Бэнкер-Хилле, героях семьдесят шестого года». (с. 93)

Bunker's Hill - битва при Бэнкер-Хилле; одно из первых сражений между американскими добровольцами и регулярными английскими войсками близ Бостона 17 июня 1775 г. Победа досталась англичанам ценой больших потерь. Сражение стало боевым прещением повстанцев и имело для них исключительное моральное значение: английские войска, удерживавшие Бостон, намного превосходили их в численности и вооружении.

Что касается «heroes of seventy-six», то имеются в виду герои года провозглашения «Декларации независимости» США и первых побед американской армии.

Комментарии позволяют сделать вывод о приблизительном времени описываемых в рассказе событий - период после американской революции 1776 г.

2) «Instead of the great tree. there now was reared a tall naked pole, with something on the top that looked like a red nightcap, and from it was fluttering a flag, on which was a singular assemblage of stars and stripes». (c. 90)

«Вместо большого дерева был теперь воздвигнуть высокий голый шест, на верхушке которого торчал как бы красный ночной колпак и развевался флаг, причудливо испещренный звездами и полосами». (с. 91)

Для того, чтобы правильно воспринимать описываемые в новелле события, важно иметь какую-либо информационную базу об истории США. А при ее отсутствии комментарий помогает восполнить образовавшиеся лакуны.

red nightcap - красный колпак, который носили рабы в Риме, в годы американской революции стал символом свободы.

В качестве второй описанной в отрывке реалии выступает американский государственный флаг, который состоит из горизонтально чередующихся семи красный и шести белых полос, символизирующих число штатов, входивших в состав страны в момент создания США. Звезды в правом верхнем углу (на синем фоне) обозначают число штатов, входящих в состав США на данный момент, - во время описываемых в рассказе событий их было 13.

3) «Here a general shout burst from the by-standers - «A tory! a tory! a spy! a refugee!». (c. 92)

«Тотчас все разразились яростными криками: «Тори! тори! шпион! изменник!». (с. 93)

Этот пример необычен тем, что для русского читателя указанные нами реалии знакомы и не несут никакого дополнительного смысла. Однако в данном случае они трактуются несколько по-иному: «tory» называли в Америке того времени приверженца британского владычества; «refugee» в годы войны за независимость называли американцев, которые переходили на сторону англичан, а затем уезжали в Англию или сражались на стороне английских войск.

4) В новелле В. Ирвинга «Рип Ван Винкль» упоминаются исторические реалии, которые помогают воссоздать время и атмосферу описываемых событий.

«Another. busy little fellow pulled him by the arm, and, raising on tiptoe, inquired in his ear, «Whether he was Federal or Democrat?» (c. 90)

«Другой. деловитый человечек схватил его за руку и, привстав на цыпочки, зашептал ему в ухо, спрашивая, какой он партии - федералистской или демократической». (с. 93)

Обсуждение, принятие и ратификация (1787-1788) новой конституции США, которая была призвана заменить прежние «Статьи конфедератов», вызывали громадный общественный резонанс по всей Америке. Обсуждая конституцию, Америка разделилась на два лагеря: федералистов (сторонников сильной центральной власти) и антифедералистов, или демократов (выступавших за увеличение прав отдельных штатов и усиление местной власти). К июню 1788 г. конституция вступила в силу, однако ряд штатов ратифицировал ее с оговоркой, что будут приняты дополнительные статьи о правах человек. В числе этих штатов был и штат Нью-Йорк (на территории которого и происходит действие рассказа), что позволяет установить примерную дату действия этой части повествования: лето 1788 г. Таким образом, двадцатилетний сон Рипа Ван Винкля приходится на 1768-1788 гг.

5) В приведенном ниже примере мы находим ономастическую реалию, переведенную в тексте дословно. Смысл же всего высказывания раскрывается с помощью пояснения.

«There was, about this time, said my grandmother, and while such was the condition of the country, a family of the name of Grayling, that lived somewhere upon the skirts of «Ninety-six» district». (c. 318)

«Жила там в это тревожное время, рассказывала моя бабушка, семья по имени Грейлинг, их дом стоял на самой окраине «Девяносто Шестого». (с. 319)

«Ninety-six» - населенный пункт в гористой западной части штата Южная Каролина; в этом районе в 1780 г. широко развернулось партизанское движение, которое вскоре охватило всю Южную Каролину. Благодаря этому названию можно установить примерное время описываемых событий - период после окончания революционной войны.

6) Особое внимание привлекают обнаруженные в тексте оригинал исторические реалии, связанные с цветообозначением.

«Mr. Macnab says he's true blue». (c. 332)

«Мистер Макнаб говорит, что он - самый что ни на есть синий». (с. 333)

Или:

«. if they only knew there, as I do, what a cutting and slashing you did use to make among their red coats, I recon they'd hang you». (c. 338)

«Да знай они, как знаю я, сколько вы перекроили у них красных мундиров, они бы вас. повесили». (с. 339)

Эти историзмы, безусловно актуальные в сознании носителей языка и культуры, мало информативны для русского реципиента. Комментарий помогает раскрыть экстралингвистическое содержание реалий: мундиры английских королевских войск были красного цвета, американских повстанцев - синего (а также темно-желтого).

г) Факты из истории Великобритании

Главный герой новеллы Н. Готорна «Молодой Браун» говорит о своей семье:

«We have been a race of honest men and good Christians since the days of the martyrs». (c. 174)

«Со времен первых мучеников в нашем роду все были честными людьми и добрыми христианами». (с. 175)

Речь идет о публичных казнях протестантов (бывших в оппозиции официальной церкви) в Лондоне во времена правления королевы Марии Тюдор (1516-1558), восстановившей католичество. Эта историко-страноведческая информация восполняет образовавшуюся в тексте перевода лакуну, а также позволяет сделать вывод о том, что герой новеллы является потомком переселенцев из Англии.

Следует особо отметить выявленные в процессе исследования ошибки, допущенные переводчиком при передаче исторических реалий.

1) «He's the best piece of hoss flesh in the thirteen united universal worlds». (c. 153)

«Такую лошадку не найдешь во всех тринадцати соединенных и объединенных мирах». (с. 153)

Первоначально в состав США входили тринадцать штатов - по числу тринадцати английских колоний в Северной Америке. После войны за независимость это число долго служило символическим обозначением всей страны, хотя реальное количество штатов, входивших в нее, с каждым годом увеличивалось.

Таким образом, ошибка переводчика свидетельствует о недостаточном владении материалом по истории образования США. На наш взгляд, данную реалию следовало бы передать как «во всей стране», «во всей Америке» и т. п.

2) «They were eyeing, from behind a huge flagon of unpaid-for «humming stuff», the portentous words «No Chalk»». (c. 230)

«Из-за громадной бутыли «пенного», за которую еще не было заплачено, взирали они на многознаменательные слова «Мела нет»». (с. 231)

Ошибка заключается в том, что жаргонное выражение «No Chalk» означает «Здесь в кредит не отпускают» (в английских тавернах того времени долги записывались мелом на специальной доске). Историческая реалия неверно передана в тексте перевода, и эпизод теряет свой иронический оттенок.

Исторические имена

Названия личностей (антропонимы) занимают одно из наиболее значительных мест в фоновых знаниях носителей языка и культуры. Например, американскому читателю хорошо известны имена исторических деятелей (иногда малозначительных, но чем-то примечательных) и связанные с ними коннотации. Так, американцу не надо объяснять, кто такой Питер Стайвезант, в какую эпоху он жил и какие исторические события связаны с его именем. Поэтому в рассказе В. Ирвинга «Рип Ван Винкль» его имя дается как хорошо известное:

«It is a little village, of great antiquity, having been founded by some of the Dutch colonists in the early times of the province, just about the beginning of the government of the good Peter Stuyvesant». (c. 70)

«Это маленькая и очень старинная деревушка, основанная еще голландскими колонистами в те давние времена, когда эта местность была голландской провинцией, примерно в начале правления доброго Питера Стайвезанта». (с. 71)

Русскому читателю необходим комментарий:

Питер Стайвезант (1592-1672), по прозвищу «Твердоголовый» - последний губернатор (1647-1664) голландской колонии Новый Амстердам.

Для создания исторического фона и придания реалистичности повествованию употребляется следующая ономастическая реалия:

«. the Kaatskill mountains had always been haunted by strange beings. That it was affirmed that the great Hendrick Hudson, the first discoverer of the river and country, kept a kind of vigil there every twenty years, with his crew of the Half-moon». (c. 98)

«. Каатскильские горы всегда служили приютом таинственных существ. Утверждали, что великий Гендрик Гудзон, впервые открывший эти места, возвращался сюда каждые двадцать лет вместе со своей командой с «Полумесяца»». (с. 99)

Комментарий объясняет, почему по легенде именно Г. Гудзон мог якобы стать призраком и являться в эти места:

Генри Гудзон (ок. 1550 - 1611) - английский мореплаватель, уроженец Голландии; совершил четыре плавания в поисках северного прохода к Индии; открыл на северо-восточном побережье Северной Америки залив, реку и пролив, носящие теперь его имя. Во время одного из плаваний вдоль северного побережья команда высадила Гудзона с сыном и восьмью членами его экипажа в лодку; их дальнейшая судьба, как и причины, побудившие команду корабля поступить таким образом, остались невыясненными.

Следующие несколько антропонимов, относящихся к пуританской истории Новой Англии, представляют особую трудность для восприятия русским читателем, поскольку крайне редко упоминаются в нашей литературе.

1) «. Goodman Brown recognized a very pious and exemplary dame, who. was still his moral and spiritual adviser, jointly with the minister and Deacon Gookin». (c. 176)

«. молодой Браун узнал некую весьма благочестивую и благодетельную матрону, которая. до сих пор оставалась его советчицей в делах религии и нравственности наряду со священником и церковным старостой Гукином». (с. 177)

Д. Гукин (1612-1687) - видный деятельно новоанглийского пуританства.

2) «. my broomstick hath strangely disappeared, stolen, as I suspect, by that unhanged witch, Goody Cory». (c. 178)

«. моя метла пропала; должно быть эта ведьма, тетушка Кори. стащила ее». (с. 179)

Или:

«Thither came also the slender form of a veiled female, led between Goody Cloyse. and Martha Carrier». (c. 190)

«Туда же приблизилась стройная женская фигура под вуалью, в сопровождении тетушки Клойз. и Марты Кэриер». (с. 193)

Goody Cloyse, Goody Cory - женщин под такими именами судили за «ведовство» на сейлемских процессах 1691-1692 гг.

Martha Carrier - одна из главных «колдуний» на сейлемских процессах, была приговорена к повешению.

3) «It was the Puritan of Puritans; it was Endicott himself!» (c. 216)

«То был пуританин из пуритан; то был сам Эндикотт!» (с. 217)

Примечание помогает раскрыть эмоциональную окрашеность текста оригинала, которая совершенно не воспринимается русским реципиентом:

Джон Эндикотт (1585-1665) - один из основателей массачусетской колонии, видный пуританский деятель; олицетворение пуританской ортодоксальности и религиозной нетерпимости.

Приведем еще один пример ономастической реалии, привлекающей внимание двуплановостью содержания:

«The late John Jacob Astor. had no hesitation in pronouncing my first grand point to be prudence; my next, method. I do not speak it in vanity, but simply record the fact, that I was not unemployed in my profession by the late John Jacob Astor». (c. 384)

«Покойный Джон Джейкоб Астор. решительно заявил однажды, что первое мое великое достоинство - осмотрительность, а второе методичность. Говорю это не из тщеславия, а лишь отмечая то обстоятельство, что покойный Джон Джейкоб Астор тоже пользовался моими услугами». (с. 385)

Это высказывание несет в себе два смысла. Благодаря комментарию открывается первый эксплицитный смысл:

Джон Джейкоб Астор (1763-1848) - крупный капиталист, «король» пушнины; прибыл в США в 1784 г. и ко дню смерти стал богатейшим человеком страны.

А уже из него читатель может вывести второй план содержания, выраженный имплицитно: можно судить о том, какого благосостояния достиг герой рассказа - автор высказывания и в каких кругах он вращался.

Проанализированный в главе II материал позволяет сделать вывод, что обязанность переводчика передать не только то, что сказано в оригинале, но и как это сказано, приводит к необходимости аналитической стадии в переводческом процессе. Если исходить только из целого, действуя методом дедукции, то не может быть и речи о равноценности каждого средства, избранного переводчиком для передачи национально-культурного содержания, экспрессивных и стилистических особенностей подлинника. Без тщательного, кропотливого анализа языковых средств оригинала не может быть полноценного воссоздания единства содержания и формы в переводе. Отсюда - необходимость внимания к «микропереводу», адекватной передаче национально-специфических элементов подлинника, компенсации образующихся в тексте перевода лакун различной глубины, т. е. стремление сохранить национальное своеобразие оригинала.

Заключение

В данной работе было проведено исследование национально-специфических элементов национально-культурного содержания текста. Были проанализированы конкретные языковые средства их выражения - национально-культурные реалии - а также рассмотрены способы их передачи средствами ПЯ на материале новелл и повестей из сборника «Американская романтическая проза» (в оригинале и переводе на русский язык).

Итоги исследования могут быть сформулированы следующим образом:

Текст как единица коммуникации несет определенную информацию, в которой могут отражаться факты и особенности данной национальной культуры в широком смысле слова. Эта часть содержания текста вместе с соответствующими языковыми средствами образует национально-культурный аспект текста.

В национально-культурном аспекте текста выделяются национально-специфические элементы, которые играют особую роль в межъязыковой и межкультурной коммуникации, в том числе и в переводе. Целостная передача таких национально-специфических элементов ведет в конечном итоге к адекватному переводу.

Адекватность представляет собой относительное понятие и зависит от цели, которую ставит перед собой переводчик. Наиболее целесообразным представляется рассмотрение понятия адекватности с позиций функционально-прагматической концепции.

Попытки сохранить национальное своеобразие подлинника во многих случаях приводят к образованию лакун различной глубины. Различные направления современной лингвистики рассматривают лакуны как национально-специфические элементы культуры, нашедшие соответствующее отражение в языке носителей этой культуры, которые либо полностью не понимаются, либо недопонимаются носителями иной культуры и языка в процессе коммуникации.

Основываясь на теоретическом положении о неразрывности эмоционального и рационального в мышлении и соответственно в языке и его единицах, можно выделить эмотивную лакуну как особую категорию лакун.

В качестве национально-специфических элементов национально-культурного аспекта текста, вызывающих наибольшие затруднения в процессе перевода как результата интеркоммуникации, выступают реалии национальной культуры. Реалиями следует считать слова, обозначающие предметы или явления, связанные с историей, культурой, экономикой и бытом страны исходного языка, которые отличаются полностью или частично от лексических понятий слов сопоставляемого языка. Различают реалию-предмет и реалию-слово.

Есть множество слов, которые, называя самые обычные понятия, выражают вместе с тем смысловые и эмоциональные «фоновые» оттенки. Целесообразность выделения «коннотативных реалий» как особого типа лексических единиц не бесспорна, ибо коннотации, т. е. сопутствующие словам стилистические, эмоциональные и смысловые оттенки, не существуют сами по себе, они накладываются на одно из значений слова.

Множество вопросов встает при передаче иноязычных реалий средствами ПЯ. Существует несколько основных способов перевода реалий (классификация Г. Д. Томахина): 1) транслитерация/транскрипция; 2) калькирование; 3) описание или разъяснительный перевод; 4) приближенный (приблизительный) перевод; 5) трансформационный (контекстуальный) перевод.

В ходе исследования было выявлено около 300 реалий англоязычной культуры. Из проанализированных 140 реалий 40% составляют этнографические реалии, 17% - географические реалии, 11% - реалии общественно-политической жизни США и Великобритании, 13% - реалии системы образования, религии и культуры, 19% - исторические реалии.

С помощью сравнительно-сопоставительного метода, а также элементов количественного метода были рассмотрены способы передачи реалий на русский язык. Была сделана попытка выявить тенденции и границы применения каждого способа передачи реалий в зависимости от языковых и логических факторов. Было установлено, что преобладающим способом преодоления лексико-семантической безэквивалентности является использование аналога (34% случаев), так как этот способ передачи реалий делает перевод максимально понятным для читателя. Было отмечено, что в 24% случаев реалиям дается их прямое словарное соответствие, что позволяет сделать вывод о стремлении переводчиков к наиболее точной передаче подлинника. 17% реалий переведено с помощью транскрипции и транслитерации; с помощью этих способов передачи реалий переводчикам большей частью удалось сохранить национально-культурное своеобразие оригинальных произведений (в этой связи стоит выделить переводы И. Гуровой, О. Холмской и В. Рогова). К описанию или разъяснительному переводу (13% случаев) в основном прибегают М. Лорие, И. Бернштейн и И. Комарова. Реже всего применяется контекстуальный способ передачи, вероятно, потому, что генерализация или конкретизация понятий ведут к потере национально-культурного колорита и коннотативных значений реалий. Для читателя ПЯ утрата колорита выражается в неполноте восприятия образов, то есть по существу в искажении, чего переводчики по возможности избегают. Подводя итоги, следует подчеркнуть, что выбор способа передачи реалии во многом зависит от тематики оригинальных произведений и, конечно, от профессионального мастерства переводчика.

Результаты и материалы работы могут быть использованы в практике преподавания английского языка, в курсах по теории перевода и лингвострановедению.

Список использованной литературы

Ахманова О. С., Задорнова В. Л. Теория и практика перевода в свете учения о функциональных стилях речи // Лингвистические проблемы перевода (Сб. статей). - М.: Изд-во Московского ун-та, 1981.

Бархударов Л. С. Язык и перевод. - М.: Международные отношения, 1975.

Бельчиков Ю. А. Культуроведческий аспект филологических дисциплин // Филологические науки, 1998, № 4.

Ванников Ю. В. Понятие адекватности текста и типы адекватности перевода // Уровни текста и методы его лингвистического анализа. - М., 1982.

Ванников Ю. В. Проблемы адекватности перевода. Типы адекватности, виды перевода и переводческой деятельности // Текст и перевод. - М.: Наука, 1988.

Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание. - М.: Русские словари, 1997.

Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. Лингвострановедческая теория слова. - М.: Русский язык, 1980.

Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. Язык и культура. - М., 1973.

Виноградов В. С. Лексические вопросы перевода художественной прозы. - М., 1978.

Влахов С., Флорин С. Непереводимое в переводе. - М.: Высшая школа, 1986.

Гальперин И. Р. О принципах семантического анализа стилистически маркированных отрезков текста // Принципы и методы семантических исследований. - М., 1977.

Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования. - М.: Наука, 1981.

Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию. - М.: Прогресс, 1984.

Каде О. Проблемы перевода в свете теории коммуникации // Проблемы теории перевода в зарубежной лингвистике. - М., 1978.

Комиссаров В. Н. Вопросы теории перевода в зарубежной лингвистике. - М., 1978.

Комиссаров В. Н. Лингвистика перевода. - М.: Международные отношения, 1980.

Комиссаров В. Н. Перевод и языковое посредничество // Тетради переводчика. Вып. 21. - М.: Высшая школа, 1984.

Комиссаров В. Н. Слово о переводе. - М.: Международные отношения, 1973.

Комиссаров В. Н. Смысловая стратификация текста как переводческая проблема // Текст и перевод. - М.: Наука, 1988.

Комиссаров В. Н. Теория перевода. - М.: Высшая школа, 1990.

Кричевская К. С. Прагматические материалы, знакомящие учеников с культурой и средой обитания жителей страны изучаемого языка // Ин. языки в школе, 1996, № 1.

Латышев Л. К. Разноязычные тексты как объект отождествления в переводе // Текст и перевод. - М.: Наука, 1988.

Левицкая Т. Р., Фитерман А. М. Проблемы перевода: на материале современного английского языка. - М.: Международные отношения, 1976.

Леонтьев А. А. Психолингвистический аспект языкового значения // Принципы и методы семантических исследований. - М., 1977.

Любимов Н. М. Перевод - искусство. - М.: Сов. Россия, 1982.

Марковина И. Ю. Лакуны как инструмент описания специфики локальных культур // Проблемы организации речевого общения. - М., 1981.

Нечаев Л. Г. Факторы, определяющие коммуникативную вариативность при переводе // Перевод и интерпретация текста (Сб. научных трудов). - М., 1988.

Пинягин Ю. Н. Проблемы перевода // Тетради переводчика. Вып. 18. - М.: Международные отношения, 1981.

Райхштейн А. Д. Национально-культурный аспект интеркоммуникации // Ин. языки в школе, 1986, № 5.

Реформатский А. А. Введение в языковедение. - М., 1967.

Реформатский А. А. Восточно-славянская ономастика: Исследование и материалы. - М.: Наука, 1979.

Репин В. И. Национально-специфические слова-реалии как особая часть лексики в переводимом произведении // Теоретические и практические вопросы преподавания иностр. яз. - М., 1970.

Рецкер Я. И. О закономерных соответствиях при переводе на родной язык // Вопросы теории и методики учебного перевода. - М., 1950.

Рецкер Я. И. Теория перевода и переводческая практика: Очерки лингвистической теории перевода. - М.: Международные отношения, 1974.

Россельс Вл. Перевод и национальное своеобразие подлинника // Вопросы художественного перевода. - М.: Сов. писатель, 1955.

Сближение культур: следующий шаг: Междунар. сб. науч. тр. / Волгогр. гос. пед. ун-т (Россия); Рамапо колледж, Нью Джерси (США); Под ред. проф. В. И. Шаховского и проф. К. Хованек. - Волгоград: Перемена, 1997.

Сидоров Е. В. Системная модель коммуникации и параметры текста в переводе // Лингвистические проблемы перевода (Сб. статей). - М.: Изд-во Московского ун-та, 1981.

Соболев Л. Н. О переводе образа образом // Вопросы художественного перевода. - М.: Сов. писатель, 1955.

Сорокин Ю. А. Метод установления лакун как один из способов выявления специфики локальных культур // Национально-культурная специфика речевого поведения. - М., 1977.

Сорокин Ю. А. Проблема перевода с психолингвистической точки зрения // Тетради переводчика. Вып. 21. - М.: Высшая школа, 1984.

Сорокин Ю. А. Психолингвистические аспекты изучения текста. - М.: Наука, 1985.

Сорокин Ю. А., Марковина И. Ю. Опыт систематизации лингвистических и культурологических лакун // Лексические единицы и организация структуры литературного текста. - Калинин, 1983.

Сорокин Ю. А., Марковина И. Ю. Текст и его национально-культурная специфика // Текст и перевод. - М.: Наука, 1988.

Супрун А. Е. Экзотическая лексика // Филологические науки. - М., 1958, № 2.

Томахин Г. Д. Американизмы, отражающие особенности общественно-политической жизни США // Ин. языки в школе, 1983, № 4.

Томахин Г. Д. Лингвострановедение: Что это такое? // Ин. языки в школе, 1996, № 6.

Томахин Г. Д. Реалии-американизмы. Пособие по страноведению. - М.: Высшая школа, 1988.

Томахин Г. Д. Реалии в языке и культуре // Ин. языки в школе, 1997, № 3.

Томахин Г. Д. Теоретические основы лингвострановедения (на материале лексических американизмов английского языка). - Автореф. дисс. д-ра филол. наук. - М., 1984.

Томашева И. В. Понятие «лакуна» в современной лингвистике. Эмотивная лакуна // Язык и эмоции: Сб. науч. тр. / ВГПУ. - Волгоград: Перемена, 1995.

Фаенова М. О. Обучение культуре общения на английском языке. - М.: Высшая школа, 1991.

Федоров А. В. Введение в теорию перевода. - М., 1953; 2-е изд., перераб. - М., 1958.

Федоров А. В. Основы общей теории перевода. - М.: Высшая школа, 1983.

Цыбина Д. Ю. Проблема перевода реалий // Перевод и интерпретация текста (Сб. науч. тр.). - М., 1988.

Чернов Г. В. Вопросы перевода русской безэквивалентной лексики на английский язык. Канд. дисс. - М., 1958.

Шатков Г. В. Перевод русской безэквивалентной лексики на норвежский язык. Канд. дисс. - М., 1952.

Шаховский В. И. Национально-культурная специфика эмоций в языке оригинала и ее отражение в языке перевода // Тетради переводчика. Вып. 23. - М., 1989.

Швейцер А. Д. Перевод и лингвистика. - М., 1973.

Швейцер А. Д. Теория перевода: Статус, проблемы, аспекты. - М.: Наука, 1988.

Bach, Kent; Harnish, Robert. Linguistic communication and speech acts. Cambridge, MA: MIT Press, 1982.

Collins V. N. The Choice of Words. A Book of Synonyms with Explanations. - Л.: Просвещение, 1960.

Coulter, S. Affect and social context: Emotion definition as a social task. In: The social construction of emotions. R Harre ed. Oxford: Blackwells, 1986.

Hymes, Dell H. Language in culture and society. New York: Harper and Row, ed. 1964.

Jakobson R. On linguistic aspects of translation // On translation. Cambridge (Mass.), 1959.

Stevenson D. K. American Life and Institutions. - Stuttgart, 1987. Reprinted by the U. S. Information Agency. - Washington D. C., 1992.

Список использованных словарей

Американа. Англо-русский лингвострановедческий словарь. - «Полиграмма», 1996.

Англо-русский полный юридический словарь. - М.: «Советникъ», 1993.

Жизнь и культура США. Англо-русский лингвострановедческий словарь. - Волгоград: изд-во Станица-2, 1998.

Лингвистический энциклопедический словарь / Под ред. В. Н. Ярцевой. -М., 1990.

Рум А. Р. У., Колесников Л. В. Великобритания. Лингвострановедческий словарь. - М.: Русский язык, 1978.

Словарь американский идиом. - СПб.: Изд-во «Лань», 1997.

Словарь иностранных слов. - М.: Русский язык, 1988.

Советский энциклопедический словарь. - М.: Советская энциклопедия, 1987.

The Longman Dictionary of Contemporary English. - М.: Русский язык, 1992.

The New Encyclopaedia Britannica, vol. 1, 3, 5, 9, 11. - Chicago: Encyclopaedia Britannica, Inc., 1994.

The Oxford Advanced Learner's Dictionary of Current English. - Oxford: Oxford University Press, 1982.

The Oxford Russian Dictionary. - М.: «Прогресс-Академия», 1995; Смоленск: Полиграмма, 1995.

Webster Universal Dictionary. - New York: Harver Educational Servicies Inc., 1975.

Webster's New American Dictionary. - New York: Books, Inc., 1955.

Webster's New World Dictionary of American English. - Cleveland & New York: Webster's New World, 1988.

Webster's Third New International Dictionary. - USA: Merriam-Webster Inc., Publishers, 1981.

Список сокращений

ВЛС -

Великобритания. Лингвострановедческий словарь.

ЖиК -

Жизнь и культура США. Англо-русский лингвострановедческий словарь.

СИС -

Словарь иностранных слов.

СЭС -

Советский энциклопедический словарь.

Источники

American Romantic Tales. Американская романтическая проза. Сборник. - Сост. А. Н. Николюкин. На англ. и русск. яз. - М.: Радуга, 1984.

Philip Freneau. The Splenetic Indian (1788).

Филип Френо. Меланхоличный индеец. Перевод В. Харитонова.

Charles Brockden Brown. The Scribbler (1790-1791).

Чарлз Брокден Браун. Празднослов. Перевод И. Бернштейн.

Washington Irving. Rip Van Winkle (1819).

Вашингтон Ирвинг. Рип Ван Винкль. Перевод О. Холмской.

Washington Irving. The Little Man in Black (1807).

Вашингтон Ирвинг. Человечек в черном. Перевод М. Лорие.

Washington Irving. Legend of the Rose of the Alhambra (1832).

Вашингтон Ирвинг. Легенда о Розе Альгамбры. Перевод В. Муравьева.

Augustus B. Longstreet. The Horse Swap (1832).

Огастес Б. Лонгстрит. Мена. Перевод И. Гуровой.

Nathaniel Hawthorne. Young Goodman Brown (1835).

Натаниел Готорн. Молодой Браун. Перевод Е. Калашниковой.

Nathaniel Hawthorne. The Maypole of Merry Mount (1836).

Натаниел Готорн. Майское дерево Мерри-Маунта. Перевод И. Комаровой.

Edgar Allan Poe. King Pest. A Tale Containing an Allegory (1835).

Едгар Аллан По. Король Чума. Рассказ, содержащий аллегорию. Перевод В. Рогова.

Edgar Allan Poe. William Wilson (1839).

Эдгар Аллан По. Вильям Вильсон. Перевод Р. Облонской.

Edgar Allan Poe. The Black Cat (1843). Эдгар Аллан По. Черный кот. Перевод В. Хинкиса.

William Gilmore Simms. Grayling; or, «Merder Will Out» (1841).

Уильям Гилмор Симмс. Грейлинг, или Убийство обнаруживается. Перевод И. Бернштейн.

Herman Melville. Bartleby (1853).

Герман Мелвилл. Бартлби. Перевод М. Лорие.


Описание предмета: «Психология, общение, человек»

Психология (от психо... и... логия),наука о законах порождения и функционирования психического отражения индивидом объективной реальности в процессе деятельности человека и поведения животных.

Предмет, основные проблемы и методы. В своей непосредственности явления психического отражения выступают для человека в форме внутренних переживаний, недоступных объективному наблюдению: ощущений и образов восприятия, мыслей и чувств. Этот особый характер психических явлений служил основанием для их противопоставления как явлениям внешнего мира, так и явлениям телесной жизни субъекта, что приводило к обособлению психологии от др.

наук, изучающих природу и общество.

Психология изучает психику в её филогенетическом и онтогенетическом развитии как на уровне животных, так и на уровне человека. Однако важнейший предмет психологии - изучение психики человека и её высшей, специфически человеческой формы - сознания.

Сознание - высшая, хотя и не единственная форма психического отражения у человека. Одна из фундаментальных проблем психологии заключается в изучении условий и «механизмов» осознания, связи между несознаваемыми формами психического отражения и сознанием. Недоступная для самонаблюдения, эта связь, как показывают современные исследования восприятия, памяти, словесных обобщений и др., успешно решается с помощью объективных методов. Др.

фундаментальную проблему психологии составляет раскрытие природы тех процессов, которые субъективно переживаются как происходящие во внутреннем мире.

Введение в психологии категории деятельности создало возможность и для адекватного подхода к проблеме биологического и социального в развитии психики человека.

Наиболее изученными в психологии. являются познавательные процессы - ощущение, восприятие, память и мышление, которые всё более рассматриваются как различные моменты, виды и формы предметной деятельности субъекта, функционально или генетически связанные с внешней деятельностью, с практикой. Это выразилось в развитии исследований мышечных движений, входящих в состав процессов непосредственно чувственного отражения, в подходе к процессам воспринимания, запоминания и припоминания как к особым действиям и операциям и в понимании мыслительной деятельности как происходящей из деятельности практической.

Гораздо более сложными являются проблемы внутренней регуляции деятельности - проблемы потребностей, мотивов,аффективно-волевых процессов. Хотя их изучению посвящено большое число исследований, однако понимание их у разных авторов остаётся далеко не однозначным.

Психология является экспериментальной наукой. Важная роль принадлежит в ней лабораторному эксперименту, позволяющему получать точную квалификацию и измерения изучаемых процессов. В психологии применяются и др.

конкретные методы, в том числе наблюдение в обычных или специально создаваемых условиях, анализ продуктов деятельности, сравнительно-генетический метод и т. н. формирующий эксперимент; применяются также методы собирания массового материала - психологические тесты, методы интервьюирования и анкетирования. [БСЭ]

Литература

  1. Юрий Гейко. Дураки, дороги и другие особенности национального вождения. – М.: Рипол Классик, 2011. – 0 с.
  2. Юрий Гейко. Дураки, дороги и другие особенности национального вождения. – М.: Рипол Классик, 2011. – 800 с.
  3. Валерий Иовенко. Национально-культурное мировидение в переводческом измерении. – М.: МГИМО-Университет, 2013. – 220 с.
  4. Ю.В. Гейко. Дураки, дороги и другие особенности национального вождения (подарочное издание). – М.: Рипол Классик, 2011. – 798 с.
  5. А.Г. Осипов. Национально-культурная автономия. Идеи, решения, институты. – М.: ЦНСИ, 2004. – 508 с.
  6. Надежда Хвыля-Олинтер. Национально-культурная идентичность молодежи в условиях глобализации. – М.: LAP Lambert Academic Publishing, 2010. – 164 с.
  7. Светлана Приходкина. Национально-культурная специфика речевого поведения субъектов продаж. – М.: LAP Lambert Academic Publishing, 2011. – 180 с.
  8. Татьяна Чикаева. Социально-философский поиск национальной культурной идентичности. – М.: LAP Lambert Academic Publishing, 2013. – 96 с.
  9. Татьяна Петухова. Национально-культурная автономия: архаизм или перспективы развития. – М.: LAP Lambert Academic Publishing, 2012. – 68 с.
  10. Нина Валерьевна Сальникова. Национально-культурная риторика политического дискурса. – М.: LAP Lambert Academic Publishing, 2012. – 264 с.
  11. Галина Токарева. Лирический текст в аспекте межкультурной коммуникации. – М.: Palmarium Academic Publishing, 2014. – 204 с.
  12. Ольга Агаркова. Национально-культурная специфика речевого поведения. – М.: Palmarium Academic Publishing, 2012. – 116 с.
  13. Елена Кузнецова. Национально-культурная автономия в России (1996 - 2006 гг.). – М.: LAP Lambert Academic Publishing, 2011. – 248 с.
  14. В.В. Катермина. Номинации человека. Национально-культурный аспект. На материале русского и английского языков. – М.: Флинта, Наука, 2016. – 224 с.
  15. Лингвистические и дидактические аспекты межкультурной коммуникации. – М.: Д.А.Р.К., 2008. – 80 с.
  16. Национально-культурная идентичность в современной России. Истоки, особенности, перспективы. – СПб.: Алетейя, 2015. – 592 с.
  17. Национально-культурная идентичность в современной России. Истоки, особенности, перспективы. – СПб.: Алетейя, 2015. – 592 с.


Готовые работы

Тема работыТип работы
Лингвистика
Лингвистика
Диплом
69 стр. / 6700 руб.
Особенности национальной культуры в бизнесе
Менеджмент
Курсовая работа
25 стр. / 2600 руб.
Юмор в политической коммуникации
PR
Диплом
80 стр. / 8100 руб.
Национально-культурные особенности британского фольклора
Литература
Диплом
70 стр. / 7400 руб.



Задайте свой вопрос по вашей работе

Гладышева Марина Михайловна

marina@studentochka.ru
+7 911 822-56-12
с 9 до 21 ч. по Москве.






Добавить файл к заказу

- осталось написать email или телефон

Внимание!

Банк рефератов, курсовых и дипломных работ содержит тексты, предназначенные только для ознакомления. Если Вы хотите каким-либо образом использовать указанные материалы, Вам следует обратиться к автору работы. Администрация сайта комментариев к работам, размещенным в банке рефератов, и разрешения на использование текстов целиком или каких-либо их частей не дает.

Мы не являемся авторами данных текстов, не пользуемся ими в своей деятельности и не продаем данные материалы за деньги. Мы принимаем претензии от авторов, чьи работы были добавлены в наш банк рефератов посетителями сайта без указания авторства текстов, и удаляем данные материалы по первому требованию.

Контакты
marina@studentochka.ru
+7 911 822-56-12
с 9 до 21 ч. по Москве.
Карта сайта ЗАКАЗАТЬ
Цены, скидки и акции
Реферат, доклад, эссе, контрольная 120 р./стр.
Курсовая от 150 р./стр.
Отчёт по практике 150 р./стр.
ВКР, дипломная от 175 р./стр.
Скидки. Антиплагиат.
Поделиться
Реклама



Мы в социальных сетях
Отзывы
Ольга, 11.09
Здравствуйте сегодня была защита диссертации. Защитила на отлично. Большое спасибо за своевременную качественно проделанную работу.


Букинистика: редкие книги!