Написать рефераты, курсовые и дипломы самостоятельно.  Антиплагиат.
Студенточка.ru: на главную страницу. Написать самостоятельно рефераты, курсовые, дипломы  в кратчайшие сроки
Рефераты, курсовые, дипломные работы студентов: научиться писать  самостоятельно.
Контакты Образцы работ Бесплатные материалы
Консультации Специальности Банк рефератов
Карта сайта Статьи Подбор литературы
Научим писать рефераты, курсовые и дипломы.


Воспользуйтесь формой поиска по сайту, чтобы найти реферат, курсовую или дипломную работу по вашей теме.

Поиск материалов

Юридические лица

Теория государства и права

Белорусский государственный университет

Юридический факультет

Кафедра гражданского права

Адамович

Екатерина Викторовна

ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

Юридические лица

(ПОНЯТИЕ, ПРИЗНАКИ, СУЩНОСТЬ, КЛАССИФИКАЦИЯ)

Научный руководитель:

кандидат юридических наук,

старший преподаватель

Протасовицкий С.П.

Рецензент:

Минск 2001

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение 3

Глава 1. История развития института юридического лица 6

1.1. Юридическое лицо в римском частном праве 7

1.2. Развитие института юридического лица в Западной

Европе в XI-XIX вв. 11

1.3. Институт юридического лица в истории России 14

Глава 2. Понятие, правоспособность и виды юридических лиц 17

2.1. Понятие и признаки юридического лица 17

2.2. Правоспособность юридического лица 32

2.3. Классификация юридических лиц 41

Глава 3. Сущность юридического лица 43

3.1. Зарубежные теории сущности юридического лица 45

3.2. Теории советских ученых 57

Заключение 66

Список использованных источников 69

Приложения 74

ВВЕДЕНИЕ

Развитие института юридического лица тесно связано с бурным ростом рыночной экономики, где необходима концентрация капиталов. Поскольку товарно-денежные отношения зачастую требуют объединения значительных материальных средств, то отдельные граждане, как правило, не в состоянии принимать самостоятельное участие в этих отношениях. Только объединив капиталы многих субъектов хозяйствования можно ставить и решать крупные задачи. Эта особенность рыночных товарно-денежных отношений и обусловила участие в них образований, действующих на рынке в качестве самостоятельных субъектов хозяйствования, именуемых юридическими лицами. Именно институт юридического лица и стал правовой формой концентрации капиталов.

Конструкция "юридическое лицо", возникнув еще в Древнем Риме, прошла длительный путь развития. В научной литературе этот институт частного права подвергался неоднократному и тщательному анализу. Ученые-цивилисты во все времена вели острые дискуссии по поводу сущности, признаков, правоспособности юридического лица. Эти дискуссии находили свое отражение и в законодательстве.

Юридическое лицо является сегодня одним из элементов правовой и экономической системы государства. И необходимость в детальном изучении сущности и содержания категории юридического лица обусловливается тем, что в ней концентрируются проблемы, противоречия и тенденции развития правоспособности, права частной собственности и других институтов частного права.

В новом Гражданском кодексе Республики Беларусь 1998 г. нашли отражение многие положения, касающиеся юридического лица. Тем не менее в литературе высказываются мнения о том, что необходимо было бы

по-иному решить вопросы о понятии, признаках, правоспособности данного субъекта права.

Проблема юридического лица очень сложна и трудна для права. История права показывает, что современное правовое представление о юридическом лице как особой и единой личности, созданной людьми (физическими лицами) для реализации определенных хозяйственных (нехозяйственных) целей, сложилось далеко не быстро. История представляет нам примеры болезненного искажения данного понятия, когда приписывали права какому-либо животному и таким образом олицетворяли его. Так, известно, что Калигула, предоставив царские почести своей лошади, признал ее юридическим лицом. Были времена, когда даже вопрос о необходимости для науки самого понятия юридического лица подвергался сомнению - юридические лица были объявлены "костылями, на которых ходит хромая юриспруденция" [25, с.120].

Тем не менее большинство цивилистов признают необходимость существования юридического лица, которому передаются определенные права для самостоятельного выступления в гражданском обороте, на которое возлагаются определенные обязанности и ответственность за совершаемые действий (причем субъектом ответственности является само юридическое лицо, а не составляющие его физические лица). Русский цивилист Д.И.Мейер таким образом обосновывал объективность существования данного субъекта права: "Ближайшими субъектами прав представляются, конечно, граждане, физические лица. Но вместе с тем в государстве отдельные физические лица вступают в известные союзы, образуют общество; само государство есть не что иное, как обширный союз отдельных физических лиц. Эти союзы преследуют какую-либо цель, ведут какие-либо дела, имеют какие-либо потребности, которые подлежат удовлетворению вещами, так что вещи должны быть приобретены союзом и употреблены на удовлетворение потребностей для достижения цели союза. Как отдельные физические лица для приобретения вещей нуждаются в правах, так права эти нужны и союзу, совокупности отдельных лиц" [25, с. 119].

Таким образом, конструкция "юридическое лицо" интересна для рассмотрения и анализа, ибо содержащиеся в ней противоречия и проблемы не полностью раскрыты и на сегодняшний день. Для изучения данной категории проанализированы монографии и статьи различных авторов. Теоретической направленности исследования способствовали, в первую очередь, работы Е.В.Богданова, С.Н.Братуся, А.В.Венедиктова, В.П.Грибанова, Д.И.Мейера, И.А.Покровского, Л.Г.Русак, В.Ф.Чигира и других ученых-цивилистов. В последующих главах более подробно рассмотрены те или иные проблемы, приводятся мнения различных авторов по отдельным вопросам, а также произведен анализ спорных моментов с целью прийти к истинному пониманию такой категории, как "юридическое лицо".

ГЛАВА 1. ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ИНСТИТУТА ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА

Американский поэт Уолт Уитмен высказал интересную мысль об истории человечества: "Всеобщий закон - закон законов - это закон преемственности, ибо что такое в конечном счете настоящее, как не росток прошлого?" [20, с. 26] И действительно, разве можно познать природу любого явления (в том числе юридического лица), не зная его прошлого, истории его возникновения и развития? Именно поэтому необходимо осветить данный вопрос перед детальным анализом категории юридического лица.

С момента появления человека и объединения его в племенные, родовые и другие социальные общности люди занимались хозяйственной деятельностью для обеспечения своего существования. На первых этапах жизнедеятельности это были собирательство и охота. Вместе с развитием человека развивались хозяйственные связи, сложнее и многограннее становилась человеческая деятельность.

Важным этапом развития общества было освоение людьми земледелия и скотоводства, возникли производственно-хозяйственные отношения, участниками которых изначально были физические лица (земледельцы и ремесленники), являвшиеся не только биологическими организмами, но и субъектами права. Они самостоятельно или с помощью членов своей семьи удовлетворяли собственные и общественные потребности в необходимых простейших продуктах, отчуждая часть произведенной продукции на общественные нужды, и таким образом создавали экономическую основу выполнения государством своих функций.

Стремительное развитие общества и государства обусловливало усиление производственных отношений, расширялся круг производимой продукции, выполняемых работ, оказываемых услуг, и наступил тот момент, когда производитель в одиночку не мог обеспечить возросшие потребности общества и государства в потребляемой продукции и средствах, необходимых для ведения дел. В создавшейся ситуации люди вынуждены объединять свои усилия и имущество для организации производственно-хозяйственной деятельности.

При коллективном ведении дел получение доходов зависело от совместных усилий всех участников объединения, т.е. имущественное положение одного зависело от действий других лиц, его компаньонов. Таким образом, объективно существующее объединение людей и выделенное имущество были оформлены правом в качестве теоретической конструкции, получившей название "юридическое лицо", которая как правовой институт прошла длительный путь развития.

Еще в Древнем Риме данная правовая категория была применена в отношении городских общин, имущество которых принадлежало не отдельным гражданам, а всей общине, вследствие чего ее воспринимали как субъект права, несмотря на то, что по своим признакам она не совсем соответствовала современному понятию юридического лица.

В силу отсутствия острой необходимости институт "юридическое лицо" не был достаточно проработан и сводился к тому, что коллективные образования воспринимались как физические лица. Такое положение сохранялось до середины XIX века, когда в связи с возникшими экономическими потребностями началось широкое использование социально-правового феномена "юридическое лицо", который получил конкретизированное определение в законодательных актах.

1.1. Юридическое лицо в римском частном праве

Создание понятия юридического лица нередко относят к числу важнейших заслуг римского частного права. Не следует, однако, преувеличивать ни разработанности этого понятия в римском праве, ни значения юридических лиц в экономической жизни Рима. Даже во времена наибольшего расцвета римского народного хозяйства, во времена наиболее оживленной международной торговли юридические лица значительной роли не играли. Хозяйство, имевшее в основном натуральный характер, еще не вызывало необходимости в прочных и длительных объединениях отдельных хозяев. Не было в римском праве и термина "юридическое лицо". Тем не менее, нельзя не признать, что основная мысль о юридическом лице как приеме юридической техники для введения в оборот имущественной массы, так или иначе обособленной от имущества физических лиц, была выражена римским правом отчетливо.

Еще в древнейшие времена существовали в Риме частные корпорации: союзы с религиозными целями, профессиональные союзы ремесленников. Много новых корпораций является в период республики: таковы корпорации служителей при магистратах, различные объединения взаимопомощи, в частности, похоронные корпорации, объединения предпринимателей, бравших на откуп государственные доходы, управлявших по договорам с государством государственными имениями, производивших для государства крупные строительные работы, и т.д.

Все эти объединения обладали имущественными средствами; им приходилось вступать в договорные отношения с третьими лицами и действовали они и в своей внутренней жизни, и в отношениях с третьими лицами по некоторым определенным правилам. Однако вопреки характеристике, которую дают этим объединениям некоторые историки римского права (например, Жирар), невозможно утверждать, что это были юридические лица в современном значении этого термина, т.к. дошедшие до нас положения древнейшего римского jus civile были приурочены только к отношениям между отдельными людьми, а не их объединениями; что касается общего имущества корпораций, то оно рассматривалось древним правом либо по началам товарищества, т.е. имущество принадлежало каждому участнику в определенной доле, либо более примитивно, как имущество, принадлежащее одному из участников, казначею, ведущему дела объединения и ответственному перед его членами [29, с. 116].

Но со временем положение меняется. Хотя частные корпорации еще не рассматриваются как единое целое и их имущество все еще на началах товарищества принадлежит всем членам, но в их уставах закрепляется принцип его нераздельности, невозможность выдела части имущества, устанавливается, что численные изменения в составе корпорации не влияют на его существование. Зреющая фигура юридического лица весьма кстати пришлась городским общинам (муниципиям), которым во второй половине республиканского периода была предоставлена хозяйственная самостоятельность. Эдиктом претора они были подчинены действию норм частного права и могли заключать сделки и защищать свои интересы в обычных судах через своих постоянных и временных представителей. Таким образом, за муниципиями была признана правоспособность наравне с частными лицами.

Римские юристы еще долго вели споры об отдельных элементах правоспособности муниципий, но статус городских общин как особых субъектов права уже не вызывал сомнений. Этот статус, практически равнозначный статусу современных юридических лиц, вскоре приобрели и частные корпорации.

Статус союза был закреплен в Титуле IV Книги третьей Дигест Юстиниана: "(Гай). Не предоставляется всем вообще учреждение (право учреждать) ни товарищества, ни коллегии, ни союза, ибо и законами, и сенатусконсультами, и конституциями принцепсов это дело ограничивается. В силу весьма редких причин разрешаются союзы этого рода. Например, разрешено образовывать союз участникам в сборе государственных налогов или для разработки золотых приисков или серебряных рудников и соляных варниц. Равным образом в Риме существуют некоторые общества, которые утверждены в качестве союзов сенатусконсультами и конституциями принцепсов, как-то: пекарей и некоторых других (ремесленников) и союзы корабельщиков, которые существуют и в провинциях. Те, которым разрешено образовать союз под именем коллегии, товарищества или под другим именем того же рода, приобретают свойство иметь по образцу общины общие вещи, общую казну и представителя или синдика, посредством которых, как и в общине, делается и совершается то, что должно делаться и совершаться сообща " [8, с. 152].

Значительно позже корпораций появилась в римском праве та категория юридических лиц, которую теперь называют учреждениями. Их не знал не только период республики, но и весь отрезок периода империи до христианских императоров. Однако, как известно, те или другие цели (просвещение и т.д.) могут выходить далеко за пределы индивидуальной жизни. Ввиду этого естественным было желание и здесь отделить служение этим целям от определенного физического субъекта, придать этому служению характер прочности и постоянства. Это было достигнуто созданием учреждений: для постоянного служения указанной цели назначалось имущество и определялись те органы, которые будут эксплуатировать его соответственно назначению. Вследствие этого и здесь перед нами появляется некоторый новый юридический центр, имеющий свою особую правоспособность и независимый от тех или других физических лиц. Признание христианства государственной религией создало почву для признания юридическими лицами церковных, а затем и благотворительных учреждений. Но сколько-нибудь развернутого учения о правоспособности учреждений римское право не оставило.

Таким образом, мы обязаны римлянам не только идеей юридического лица, но и практическим ее воплощением. Римляне теоретически обосновали сущность юридического лица:

1) корпорация как единое целое и нераздельное в сфере частного права рассматривается как частное лицо;

2) юридическое существование корпорации не прекращается и не нарушается выходом отдельных членов из ее состава;

3) имущество корпорации обособленно от имущества ее членов, притом это не совместно всем членам принадлежащее имущество, а имущество корпорации как целого, как особого субъекта прав;

4) корпорация как юридическое лицо вступает в правовые отношения с другими лицами при посредстве физических лиц, уполномоченных на то в установленном порядке.

Созданная впервые римским правом фигура юридических лиц была воспринята правом новых народов и нашла себе у них чрезвычайно широкое применение. Являясь лишь известной формой для определения внешних отношений союза и допуская самые разнообразные внутренние отношения между членами, фигура юридического лица была в высокой степени пригодной для самых разнообразных соединений. В эту форму могли вылиться различные торговые и промышленные предприятия, а также всевозможные союзы с целями неимущественными - союзы религиозные, научные, артистические, спортивные и т.д. Чем далее, тем более разрасталась сеть этих союзов, и мы знаем, насколько в настоящее время общественная жизнь переплетена ими.

1.2. Развитие института юридического лица в Западной Европе в XI - XIX вв.

Как отмечалось ранее, древние римляне имели хорошо развитую систему представлений о юридической личности коллективного образования, но в римском частном праве термин "юридическое лицо" не использовался вовсе. Начало истории понятия юридического лица следует отнести к раннему средневековью. Средневековые глоссаторы (итальянские юристы, комментировавшие и толковавшие римское право путем составления заметок (глосс) на полях текстов римских кодексов и законов [11, с.286]) разрабатывали понятие юридического лица как союза, признанного государством в качестве субъекта права, а их преемники, канонисты, различали в связи с этим понятия "лицо" и "человек" и начинали рассуждать о природе этого лица. Одно из первых толкований понятия юридического лица дал папа Иннокентий IV. Он писал в 1245 г., что юридическое лицо существует лишь в понятии и благодаря фикции, оно не одарено телом, а значит, не обладает волей. Действовать могут лишь члены, но не сама корпорация, поэтому корпорация не может ни совершить преступления, ни быть отлученной от церкви [38, с. 153]. Такое понимание юридического лица было положено в основу теории фикции юридического лица (об этом речь пойдет в главе 3).

С возникновением городов в странах Западной Европы (XII-XIII вв.) начинают появляться и первые зачатки буржуазных отношений. Именно в это время образуются первые торговые компании. Капитал их составляется из взносов участников. Соответственно взносам делится и прибыль. Огромный размах стали приобретать ростовщические операции разного рода, вследствие чего возникают первые банки.

В период промышленного (домонополистического) капитализма типичным представителем капитала является частный предприниматель - фабрикант и банкир. Ассоциации, объединения капиталистов хотя и существуют, но имеют второстепенное значение; законодательство многих стран относится к ним с известным недоверием.

В XVIII-XIX вв. в западноевропейских государствах появляются первые законы (кодексы), регулирующие деятельность юридических лиц. Так, во Франции Наполеон Бонапарт в 1807 году ввел в действие торговый кодекс, регулирующий деятельность товариществ с неограниченной личной ответственностью участников по всем их долгам и обязательствам (в особенности так называемых полных товариществ).

Принятый до этого в 1804 году Гражданский кодекс Наполеона вообще не содержал понятия юридического лица. Это объяснялось тем, что в начале XIX века капитализм еще не вышел за рамки индивидуалистических представлений, а потому любой гражданин выступал в имущественном обороте, как правило, самостоятельно (в качестве физического лица). Более того, сам законодатель испытывал определенное недоверие ко всякого рода объединениям, опасаясь, что под их видом возродятся цеховые и иные феодальные корпорации. Французская буржуазная революция 1789 г., борясь с сословно-цеховым устройством феодального общества и желая обеспечить торжество принципа индивидуальной свободы, запретила любые корпорации, образуемые по профессиональному признаку (эта позиция нашла свое отражение еще в законе Ле Шапелье 1791 г., которым запрещались все формы организации рабочих, в том числе профсоюзы).

Допуская образование товариществ, торговый кодекс Франции 1807 г. проявлял недоверие к акционерным компаниям. Ни Наполеон, ни его сотрудники, при всей их талантливости, не могли разглядеть в акционерной компании основную форму крупного капиталистического предприятия будущего времени. В целом возникновение акционерных компаний относится к началу XVII века. В некоторой степени ими являлись и знаменитая Ост- Индская компания, и компания, учредившая Английский банк (1684 г.) для финансирования правительства, и правительственная Нидерландская Ост- Индская компания (1602 г.). Пайщиками всех этих компаний были люди известные, но уже тогда (во Франции, например) кое-где стали появляться акции на предъявителя.

Среди акционерных компаний, возникших в XVII веке и особенно в XVIII, было много дутых, и они имели целью ограбление мелкого пайщика, клюнувшего на обещание больших прибылей. Этим обстоятельством был вызван английский закон 1720 года, запретивший образование акционерных обществ без предварительного правительственного разрешения.

Во Франции акционерные общества поощрялись в дореволюционное время, но были запрещены в 1793 году как орудия, с помощью которых совершались ограбления мелких вкладчиков. Лишь в 1867 году правительство Наполеона III, проявив понимание ситуации, освободило акционерные общества от необходимости запрашивать предварительное соглашение для их создания.

Английское законодательство об акционерных обществах шло впереди французского. Несмотря на стеснения, установленные законом 1720 г., акционерные общества создавались в Англии сотнями, и правительство само сделало их источником, откуда черпались займы. В 1844 году акционерные компании получают полное признание закона в качестве юридических лиц. С этого времени они становятся самым распространенным видом юридических лиц (в этой форме создавались все крупные предприятия).

1.3. Институт юридического лица в истории России

В IX -XII веках в Киевской Руси закладывались основы гражданского права. В отличие от стран Западной Европы Русь не знала рецепции римского права. Даже Крещение Руси и привнесение канонических норм из Византии не изменили положения.

Кодексом частного права Древней Руси выступает Русская Правда, первая редакция которой - Краткая Правда - была подготовлена не позднее 1054 года, а третья, последняя редакция - Сокращенная - появилась в середине XV в. Все ее субъекты являются физическими лицами, понятия юридического лица закон еще не знает. Тем не менее в это время основным субъектом имущественных отношений являлись монастыри, церкви, архиерейские дома, которые по сути своей были юридическими лицами. Уже церковный Устав Владимира Святославича говорит о предоставлении храму Пресвятой Богородицы десятины, известны многочисленные пожалования монастырям и церквям [19, с.37].

Уже в XV- XVI вв., когда гражданско-правовые отношения постепенно выделяются в особую сферу и их регулирование осуществляется специальными нормами, включенными в различного рода сборники (грамоты, судебники и пр.), субъектами товарно-денежных, обменных отношений, а также отношений феодальной эксплуатации являются не только частные, но и коллективные лица (община, монастыри и др.).

В период абсолютизма в России (конец XVII - первая половина XIX вв.) стали зарождаться элементы капитализма, без проявления которых невозможно установление абсолютной монархии. Появились новации в законодательстве. Договор товарищества, вошедший в практику еще в 1698 году, получает широкое распространение. Организационные формы предпринимательской деятельности (компании, артели, товарищества) поощрялись государством, контролирующим их через Мануфактур- и Коммерц-коллегии. Наиболее распространенными видами товарищеских объединений стали простые товарищества, товарищества на вере. В акционерные компании российские предприниматели входили вместе с иностранными пайщиками. В законе начинают формироваться понятия юридического лица и корпоративной собственности. Однако несмотря на рост числа предприятий, в законодательстве вопросы их организации и деятельности были мало разработаны. Уровень юридической техники был невысоким, что отразилось на терминологии. Так, юридическое лицо определялось как "сословие лиц", правоспособность и дееспособность не разграничивались.

Окончательно понятие юридического лица сформировалось в праве лишь в период перехода России от абсолютной к буржуазной монархии. Вначале это понятие применялось к государству, монастырям, учебным заведениям. Развитие товарно-денежных отношений выдвинуло на первый план купеческие, промышленные организации, товарищества, акционерные общества. Правоспособность юридических лиц определялась в соответствии с целями их деятельности (соответствие мог устанавливать Сенат, предписывающий санкции против нарушителей). Закон разделял все юридические лица на публичные, частные, соединения лиц, учреждения.

В начале XX века понятие юридического лица разрабатывается более подробно. Все юридические лица делятся на публичные (казна, ведомства, учреждения, органы местного самоуправления) и частные. В качестве последних выступали соединения (общества, товарищества) и учреждения. Товарищества подразделялись на полное, на вере и акционерное. Впервые в юридической терминологии и в качестве субъекта хозяйственной деятельности и торгового оборота появляется "торгово-промышленное предприятие".

Таким образом, история юридического лица имеет глубокие корни, заложенные еще в древнеримском праве. Появление юридических лиц обусловлено было необходимостью объединения усилий многих людей для ведения производства, товарно-денежных отношений. Со временем данный субъект права развивался, приобретал новые формы. И сегодня юридическое лицо в своих многообразных проявлениях (организационно-правовых формах) выступает основным субъектом рыночных отношений.

ГЛАВА 2. ПОНЯТИЕ, ПРАВОСПОСОБНОСТЬ И ВИДЫ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

2.1.Понятие и признаки юридического лица

Русский дореволюционный цивилист Г.Ф.Шершеневич таким образом определял юридическое лицо: "Под именем юридического лица понимается все то, что, не будучи физическим лицом, признается со стороны закона способным, ввиду определенной цели, быть субъектом права" [42, с. 88]. Аналогично и Д.И.Мейер говорил о юридическом лице как о субъекте права, который не подходит под понятие физического лица [25, с.118]. Данные определения достаточно абстрактно представляли нам фигуру юридического лица, подчеркивая лишь его сущность как субъекта права, существующего наравне с субъектом права - физическим лицом.

Современные экономика и право требуют более детального описания, что есть юридическое лицо, ибо сегодня существует такое множество подобных конструкций, что нередко встает вопрос, отнести ли то или иное коллективное образование к юридическим лицам или нет, ибо от решения данного вопроса зависит режим имущества этого лица, ответственность его членов и т.д.

Законодательство большинства зарубежных стран либо не дает определения юридического лица, либо ограничивается краткими формулировками. Если же проанализировать все гражданские кодексы, действовавшие в нашем государстве, начиная с 20-х годов XX века, то мы увидим, что каждый из них содержит определение юридического лица. Так, Гражданский кодекс РСФСР 1922 года (аналогичная норма содержалась и в Гражданском кодексе БССР 1923 г.) указывает, что юридическими лицами признаются объединения лиц, учреждения или организации, которые могут, как таковые, приобретать права по имуществу, вступать в обязательства, искать и отвечать в суде (ст. 13) [4, с.114]. Гражданский кодекс Республики Беларусь 1964 года под юридическими лицами понимает организации, которые обладают обособленным имуществом, могут от своего имени приобретать имущественные и личные неимущественные права и нести обязанности, быть истцами и ответчиками в суде, хозяйственном или в третейском суде (ст.24) [3, с.12-13].

В соответствии с п. 1 ст. 44 Гражданского кодекса Республики Беларусь 1998 г., юридическим лицом является организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество, несет самостоятельную ответственность по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, исполнять обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. Необходимо отметить, что в сравнении с ГК 1964 г. новый ГК Республики Беларусь 1998 г. значительно более полно отражает вопросы, связанные с деятельностью юридических лиц. В нем появились понятия, абсолютно новые для нашего законодательства и освященные только в теории. Так, новым в законе можно считать такие понятия, как товарищество и унитарное предприятие. Сравнивая определения, данные юридическому лицу в новом и старом ГК, следует сказать, что в ГК 1998 г. это понятие шире. В п.1 ст.44 ГК 1998 г., где и дано понятие юридического лица, появилось новшество: "Юридическое лицо должно иметь самостоятельный баланс и смету". В старом ГК это подразумевалось по смыслу статьи закона, но прямо указано не было. Кроме того, необходимо отметить, что в ГК 1998 г. юридическим лицам уделено значительно больше внимания: им посвящено около 80 статей, в то время как в ГК 1964 г. - лишь 18.

Как мы видим, все указанные кодексы раскрывают понятие юридического лица через его признаки. В теории гражданского права выделяют четыре признака, которые обязательны, а все в совокупности - достаточны, чтобы организация могла быть признана субъектом гражданского права - юридическим лицом. В целях наглядного представления признаки юридического лица изображены схематически (см.

рис. 1).

Для того, чтобы иметь полное представление о том, что такое юридическое лицо, необходимо раскрыть содержание каждого из его признаков.

Организационное единство. Термин "организационное единство" не обозначен в ст. 44 ГК Республики Беларусь 1998 г. Однако есть другой  - "организация", под которой в соответствии с нормами гражданского права понимается коллективное образование, обладающее организационным единством. Этот признак предполагает наличие внутренней структуры, органов управления юридическим лицом, структурных подразделений и структурных единиц, входящих в его состав, наличие штатного расписания, правил внутреннего трудового распорядка, подчинение нижестоящих органов вышестоящим, наличие трудового коллектива. Благодаря организационному единству становится возможным превратить волю множества участников в единую волю юридического лица, а также единообразно и целенаправленно выразить эту волю вовне. Таким образом, множество лиц и структурных подразделений, объединенных в организацию, выступают в гражданском обороте как одно лицо, как один субъект права. Организационное единство юридического лица закрепляется его учредительными документами и другими актами, регулирующими правовое положение того или иного вида юридических лиц. По мнению Ю.Н.Фролова, такое положение дел, когда в соответствующей статье Гражданского кодекса прямо не закреплен признак "организационное единство", не может рассматриваться объективно обоснованным и правильным. Поэтому, как считает Фролов Ю.Н., необходимо норму о том, что организационное единство является обязательным признаком юридического лица, прямо закрепить в Гражданском кодексе [37, с.197].

Однако есть и другая точка зрения. Некоторые авторы (например, Е.В.Богданов) считают, что указанный признак вообще не является обязательным для юридического лица, ибо присущ не всем видам данного субъекта права, а потому не должен быть закреплен в Гражданском кодексе. Свою позицию Е.В. Богданов обосновывает путем анализа такого вида юридического лица, как "компания одного лица, т.е. юридического лица, создаваемого лишь одним учредителем" [10, с.98]. Как известно, Республика Беларусь не является "пионером" в законодательном признании компаний одного лица. Подобные нормы уже давно содержатся в законодательствах ряда стран, при этом в некоторых из них количество таких юридических лиц довольно велико. Таким образом, как утверждает Богданов, налицо кардинальное изменение в сущности юридического лица. Если раньше это был обязательно коллектив, как минимум два учредителя, то теперь это может быть одно лицо: как физическое, так и юридическое. В то же время содержание соответствующей статьи Гражданского кодекса по-прежнему указывает на юридическое лицо как на организацию с участниками. Поэтому, как утверждает Богданов Е.В., такой признак, как организационное единство, доказал свою несостоятельность: "В компаниях одного лица, где и учредителем, и директором (органом) является одно и то же лицо, вообще нет никакой организации, тем более организационного единства. Однако это не повлияло на решение квалифицировать их в качестве юридических лиц. На наш взгляд, следует отказаться от указанного признака, поскольку нельзя в норме права устанавливать признак, не являющийся общим" [10, с.98]. В связи с вышесказанным, Е.В.Богданов предлагает следующую редакцию соответствующей статьи Гражданского кодекса: "Юридическим лицом является созданный в установленном законом порядке субъект, отвечающий юридически закрепленным за ним имуществом и выступающий в гражданском обороте от своего имени" [10, с.99].

Анализируя предложенную позицию, можно сделать вывод, что, говоря о компаниях одного лица, автор подразумевает унитарные предприятия и высказывает мнение о том, что для них не характерно наличие организационного единства. Однако данная точка зрения вызывает сомнения, ибо и при наличии одного учредителя, как это имеет место в унитарных предприятиях, у юридического лица существует определенное количество служб, структурных подразделений (даже если они представлены всего одним человеком), определенный штат работников, трудовой коллектив. Помимо этого, основываясь на п.4 ст.113 ГК Республики Беларусь, можно сказать, что учредитель (собственник имущества) не обязательно является директором (руководителем) данного юридического лица, а может его назначать. Отсюда следует вывод, что позиция Богданова Е.В. не достаточно обоснована и требует некоторых оговорок.

Имущественная обособленность. Если организационное единство необходимо для объединения множества субъектов в одно коллективное образование, то обособленное имущество создает материальную базу деятельности такого образования. Любая практическая деятельность немыслима без соответствующей базы: технических средств, зданий, сооружений, денежных средств и т.д. Объединение этих объектов в один имущественный комплекс, принадлежащий данной организации, и обособление его от имущества, принадлежащего другим субъектам гражданских правоотношений, и называется имущественной обособленностью юридического лица.

Всякое юридическое лицо должно иметь самостоятельный баланс или смету, на которых отражается принадлежащее ему имущество. Важно подчеркнуть требование ГК, согласно которому имущество юридического лица должно принадлежать ему на праве собственности или на ином ограниченном вещном праве (хозяйственного ведения или оперативного управления). Это означает, что исключается возможность функционирования юридического лица исключительно на базе имущества, полученного по договору аренды либо имущественного найма, или на основе заемных средств при отсутствии вкладов учредителей юридического лица в его уставный капитал (уставный фонд).

Как известно, подобная практика имела место в первые годы применения #M12291 9004977Закона СССР "О кооперации в СССР#S", что привело к многочисленным злоупотреблениям со стороны недобросовестных кооператоров.

Как общее правило, выступающая в имущественном обороте организация должна быть собственником своего имущества (хозяйственные общества и товарищества, производственные кооперативы, общественные организации, фонды и другие). Однако ГК не мог не учитывать реальную ситуацию, сложившуюся в нашей стране: существование в настоящее время и на обозримую перспективу большого числа государственных предприятий, не являющихся собственниками имущества, закрепленного на их балансе. Эти предприятия наделяются правом хозяйственного ведения на соответствующее государственное имущество (ст.276 ГК Республики Беларусь), что дает возможность признавать их юридическими лицами.

Другой вид специфических организаций с точки зрения вещного права на закрепленное имущество - это финансируемые собственником учреждения. Указанные субъекты в отношении имущества, включенного в их смету, обладают правом оперативного управления (ст.277,278 ГК). Таким же вещным правом наделяются и казенные предприятия.

То обстоятельство, что в имущественном обороте сохраняется присутствие субъектов, не являющихся собственниками своего имущества, компенсируется тем, что их ограниченный имущественный статус определяется законом, то есть публично. ГК исключает возможность формулировать правомочия подобных субъектов по управлению и распоряжению их имуществом на основе договоров, заключаемых с собственниками имущества, как это имело место ранее в ситуации, когда, например, комитеты по управлению имуществом заключали с государственными предприятиями договоры о передаче им имущества в полное хозяйственное ведение. Это приводило к появлению на рынке субъектов с индивидуальным имущественным статусом, что ставило в крайне затруднительное положение их кредиторов, для которых могло оказаться неприятным сюрпризом изъятие собственником имущества у государственного предприятия как раз в тот момент, когда необходимо обратить взыскание на имущество такого предприятия по его обязательствам.

Некоторые авторы (в частности, Ю.Н.Фролов) полагают, что признаком юридического лица является не наличие обособленного как такового имущества, а сам принцип функционирования организации по распоряжению, пользованию и владению им. С точки зрения Фролова это не одно и то же. Он объясняет это тем, что юридическое лицо в течение какого-то периода времени может вообще не обладать имуществом. Так, например, некоторые некоммерческие организации сразу после их создания не имеют ни имущества, ни прав требования, ни тем более обязательств. Вся имущественная обособленность таких юридических лиц заключается лишь в их способности быть носителем права владения, пользования и распоряжения имуществом в будущем.

Таким образом, считает Фролов, имущественная обособленность как элемент правоспособности юридического лица присуща всем без исключения юридическим лицам с момента их образования, тогда как появление у конкретного юридического лица имущества, как правило, связано с моментом формирования его уставного фонда. Все имущество организации учитывается на ее самостоятельном балансе или проводится по самостоятельной смете. Именно в этом и состоит внешнее проявление имущественной обособленности данного юридического лица [37, с.197].

Самостоятельная имущественная ответственность. Наличие у юридического лица обособленного имущества представляет собой минимальную гарантию прав его кредиторов по гражданско-правовым обязательствам. Любая организация несет ответственность за результаты своей деятельности и отвечает по своим долгам принадлежащим ей имуществом (ст.52 ГК). По долгам юридического лица, по общему правилу, учредители ответственности не несут, а юридическое лицо не отвечает по долгам учредителей. Исключением являются случаи, когда иное прямо предусмотрено законодательством или учредительными документами. Так, ст. 120 ГК указывает на то, что ответственность финансируемых собственником учреждений ограничена находящимися в их распоряжении денежными средствами. Однако и в этом случае интересы кредиторов не пострадают, поскольку при недостаточности денежных средств у учреждения субсидиарную ответственность по его обязательствам несет собственник его имущества.

В теории права существуют разночтения относительно правовой природы имущественной ответственности. Одни полагают, что ее сущность состоит в умалении имущества должника, другие - что и в наступлении возможных неблагоприятных юридических последствий, ссылаясь, например, на систематическое неисполнение или ненадлежащее исполнение договора поставки по качеству продукции, на нецелевое использование предоставленных кредитов и т.д., а кредит может быть востребован досрочно.

Ю.Н.Фролов полагает, что наиболее обоснованной является позиция, согласно которой имущественная ответственность - это сложная конструкция, элементами которой являются: а) уменьшение в натуре или в стоимостном выражении имущества должника в результате, например, возмещения понесенных кредитором убытков, уплаты неустойки (штрафа, пени); б) правовые последствия, без которых имущественная ответственность иногда невозможна. По мнению цивилиста, такое определение имущественной ответственности следовало бы закрепить законодательно [37, с.198].

Анализ действующего законодательства демонстрирует наличие общей тенденции усиления ответственности юридических лиц. Например, в полных товариществах участники солидарно несут субсидиарную ответственность своим имуществом по обязательствам товарищества (п.1 ст.66 ГК Республики Беларусь), а члены производственного кооператива несут субсидиарную ответственность по обязательствам кооператива в равных долях, если иное не определено в уставе (п.1 ст. 107 ГК Республики Беларусь).

По поводу роли самостоятельной имущественной ответственности как признака юридического лица С.Н.Братусь высказывал такое мнение: "Самостоятельная и исключительная имущественная ответственность является хотя и вторичным (производным), но более глубоким признаком, чем все остальные признаки, входящие в содержание понятия юридического лица. Этот признак свидетельствует о завершении развития юридической личности общественного образования" [10, с.98]. Г.К.Матвеев следующим образом проинтерпретировал приведенное выше суждение: "Правосубъектность юридического лица (и прежде всего такие признаки, как организационное единство и имущественная обособленность), проявляется вовне именно через его имущественную ответственность" [10, с.98].

Роль данного признака еще более возросла в последнее время, особенно с учетом специфики юридического лица - унитарного предприятия. Если юридические лица с несколькими учредителями образуются для совместной предпринимательской деятельности, объединения капиталов и управления ими, а также ограничения предпринимательского риска, то унитарные предприятия создаются лишь для ограничения предпринимательского риска путем передачи ответственности по обязательствам с учредителя на юридическое лицо. В унитарном предприятии нет необходимости объединения капиталов, ибо учредитель сам формирует уставной фонд. Он мог бы с успехом управлять капиталом и без образования юридического лица, занимаясь индивидуальной предпринимательской деятельностью. Однако, желая оградить себя от ответственности, он создает юридическое лицо. В связи с этим следует поставить вопрос об усилении ответственности данных юридических лиц и их учредителей.

Выступление в гражданском обороте от своего имени. Способность выступать в имущественном обороте от своего имени означает, что юридическое лицо вправе от своего имени заключать гражданско-правовые договоры (купли-продажи, поставки, перевозки, займа, аренды, подряда и другие) либо иным способом приобретать права или нести обязанности. В этом плане положение юридического лица разительно отличается от других организаций, не обладающих статусом юридического лица. Например, филиалы и представительства, которые наделяются имуществом создавшим их юридическим лицом, имеют отдельный баланс и субсчет в банке, не вправе заключать договоры от своего имени. Руководители филиалов и представительств действуют исключительно от имени и по доверенности создавших их юридических лиц. И если уж руководитель филиала подписывает договор, то только от имени юридического лица. Такой договор порождает права и обязанности для юридического лица, а не для его филиала, представительства.

Гражданские права приобретаются и гражданские обязанности принимаются юридическим лицом через его органы, действующие в соответствии с законами и учредительными документами. Некоторые юридические лица могут приобретать гражданские права и принимать на себя гражданские обязанности через своих участников (например, полное товарищество или коммандитное товарищество).

ГК содержит нормы, обеспечивающие защиту интересов юридических лиц от злоупотреблений со стороны тех лиц, которые в силу закона или учредительных документов выступают от имени юридического лица, и должны действовать в интересах представляемого юридического лица добросовестно и разумно. В противном случае учредители (участники, члены) юридического лица вправе потребовать от указанных лиц возместить убытки, причиненные ими юридическому лицу (ст.49 ГК).

Рассматриваемый признак включает также возможность предъявлять иски и выступать в качестве ответчика в суде. Приобретенные юридическим лицом гражданские права подлежат защите способами, предусмотренными ГК, в частности, путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; возмещения убытков и другими способами (ст.11 ГК).

Защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляют в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд (хозяйственный или общий) или третейский суд. Поэтому защита гражданских прав обеспечивается предъявлением иска, содержащего соответствующее требование в зависимости от выбранного способа защиты, в суд.

Всякое юридическое лицо должно иметь свое наименование, содержащее указание на его организационно-правовую форму, и место нахождения, которое определяется местом его государственной регистрации, если в соответствии с законом в учредительных документах юридического лица не установлено иное. Наименование и место нахождения юридического лица должны быть указаны в его учредительных документах. В хозяйственный суд вправе обращаться за защитой своих нарушенных или оспариваемых законных прав и интересов предприятия, учреждения, организации, являющиеся юридическими лицами. Что касается остальных организаций, не наделенных статусом юридического лица, то они имеют право на обращение в хозяйственный суд только в случаях, предусмотренных законодательными актами.

Подводя итог вышесказанному, следует отметить, что любая организация - будь-то производящая товар и поставляющая его за вознаграждение другим организациям или гражданам-предпринимателям; осуществляющая за вознаграждение строительство, перевозку грузов или пассажиров, оказывающая иные торговые или посреднические услуги; не связанная с материальным производством, направленная на выполнение управленческих, религиозных и т.п. функций - для участия в отношениях товарооборота должна обладать определенными признаками, т.е. должна быть признана законом субъектом гражданских правоотношений. Общим правилом, закрепленным и в ГК, является наличие четырех признаков для того, чтобы считать ту или иную организацию юридическим лицом. Однако некоторые авторы высказывают мнение о том, что есть необходимость в выделении еще одного дополнительного признака, который надо закрепить законодательно. Так, Л.Н.Мороз рассуждает о том, что, производя продукцию, выполняя работы и оказывая услуги, юридические лица получали доход, часть которого вынуждены были отчуждать в казну государства на ведение последним общих дел. Несмотря на эту исторически сложившуюся обязанность, признаки юридического лица, традиционно считавшиеся основными и исчерпывающими, характеризуют его как субъекта права и гражданских правоотношений, не закрепляя за ним обязанности по отчуждению части своей собственности государству, что ставит под сомнение законность вменения юридическим лицам налоговых обязанностей. В связи с этим несение налогового бремени следует отнести к дополнительному признаку юридического лица, закрепив его в гражданском праве. Определение данного признака как дополнительного является оправданным вследствие того, что он присущ не всем юридическим лицам, поскольку в налоговом законодательстве указываются случаи освобождения тех или иных юридических лиц от уплаты налогов. Следовательно, можно дать следующее определение юридического лица: это организационно-правовая форма объединения воли и имущества физических и (или) юридических лиц, от своего имени участвующая в гражданском обороте как единое целое для достижения определенных социально-полезных целей, самостоятельно несущая ответственность по своим обязательствам и обладающая в определенных случаях способностью нести налоговое бремя, а также установленный законом способ ограничения имущественной ответственности учредителей путем разграничения их личного имущества и имущества образованного ими юридического лица [24, с.11].

В рассуждениях Л.Н.Мороза нет достаточной обоснованности того, что есть необходимость выделения данного признака юридического лица, в силу нескольких причин. Во-первых, такой признак, как несение налогового бремени, характерен не только для юридических лиц, но и для их структурных подразделений, не являющихся юридическими лицами (статья 1 Закона Республики Беларусь от 22 декабря 1991 г. "О налогах на доходы и прибыль" предоставляет возможность юридическим лицам возложить уплату налога на прибыль на филиалы и другие структурные подразделения, имеющие обособленный баланс и расчетный (текущий) или иной счет [6, с.69]). Во-вторых, как указывает сам автор, этот признак характерен не для всех юридических лиц, поскольку в законодательстве есть случаи освобождения некоторых из них от уплаты налогов (например, освобождаются от уплаты налога на прибыль предприятия исправительно-трудовых учреждений и лечебно-трудовых профилакториев системы МВД Республики Беларусь; предприятия, использующие труд инвалидов, если их численность на предприятии не менее 50 процентов от списочной численности в среднем за период, и т.д. - ст. 5 Закона Республики Беларусь "О налогах на доходы и прибыль" [6, с.75]). В связи с вышесказанным можно сделать вывод, что нет необходимости выделять данный признак, даже в качестве дополнительного, ибо если углубляться в природу юридического лица, то любое проявление его деятельности можно будет назвать признаком, а это, в свою очередь, повлечет нагромождение признаков и трудность в определении, что есть юридическое лицо. Рассмотренные выше четыре признака юридического лица предопределяют его правоспособность, являются ее предпосылками, все иные признаки, в том числе несение налогового бремени, выступают выражением уже существующей правоспособности юридического лица.

В гражданско-правовой литературе вопрос о значении каждого из четырех признаков юридического лица является спорным. Большинство цивилистов считает, что для признания той или иной организации юридическим лицом необходимо наличие всех четырех признаков.

Иную точку зрения высказал профессор А.В.Венедиктов. Исходя из того, что форма организационного единства, степень имущественной самостоятельности и характер самостоятельной имущественной ответственности организаций различны, А.В.Венедиктов пришел к выводу о том, что решающим критерием правосубъектности организаций является их самостоятельное выступление в гражданском обороте от своего имени [18, с.6]. Такого же мнения придерживается и Ю.Н.Фролов. Он полагает, что выступление в гражданском обороте - это "определяющий признак юридического лица и, одновременно, та цель, ради которой оно и создается. Наличие организационной структуры и обособленного имущества, на котором базируется самостоятельная ответственность, как раз и позволяет ввести в гражданский оборот новые объединения лиц и капиталов - нового субъекта права. Использование субъектом хозяйствования собственного наименования позволяет индивидуализировать его в гражданских правоотношениях" [37, с.198].

В отличие от этого профессор С.Н.Братусь полагает, что организация может быть признана юридическим лицом при наличии двух признаков: имущественная самостоятельность и организационное единство. Что же касается выступления организации в гражданском обороте от своего имени и ее самостоятельной имущественной ответственности, то, как указывает С.Н.Братусь, эти признаки не являются предпосылками правосубъектности, а являются проявлением и выражением уже существующей правосубъектности, т.е. результатом признания организации юридическим лицом [18, с.7].

Исходя из позиции С.Н.Братуся, можно сделать вывод, что организация будет признана юридическим лицом уже на основании того, что она имеет организационную структуру и обладает обособленным имуществом. Однако действующий Гражданский кодекс не признает юридическими лицами филиалы и представительства юридического лица, хотя и те, и другие могут иметь обособленный баланс и свой расчетный счет, а также определенные структурные подразделения. Следовательно, нельзя на основании только двух вышеуказанных признаков отнести организацию к юридическим лицам. Все четыре признака должны присутствовать у организации для того, чтобы она была признана юридическим лицом. Можно лишь добавить, что первые два признака (организационное единство и имущественная обособленность) создают самостоятельность юридического лица, а вторые два (имущественная ответственность и выступление в гражданском обороте) реализуют эту самостоятельность, приводят ее в движение. Однако все они равнозначны.

И, наконец, заканчивая анализ понятия юридического лица (которое, напомню, выражается через его признаки), следует обратить внимание на одно важное обстоятельство. Ранее в законодательстве нередко понятие "юридическое лицо" отождествлялось с понятием "предприятие". ГК Республики Беларусь 1998 г. исходит из того, что предприятие является не субъектом, а объектом гражданских прав. Предприятием признается имущественный комплекс, используемый для осуществления предпринимательской деятельности. В состав предприятия как имущественного комплекса входят все виды имущества, предназначенные для его деятельности, включая земельные участки, здания, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукцию, права требования, долги, а также права на обозначения, индивидуализирующие его деятельность (фирменное наименование, товарные знаки), и другие исключительные права. Поэтому указанные термины не следует отождествлять.

2.2. Правоспособность юридического лица

Признаки юридического лица являются критериями его правоспособности. Понятие и содержание гражданской правоспособности юридических лиц является одним из важнейших, сложных и наименее исследованных в литературе аспектов обширной проблемы юридических лиц в гражданском праве Республики Беларусь. Вместе с тем исследование этой проблемы имеет большое научно-теоретическое и практическое значение. В научном плане оно состоит в выработке правильного определения понятия гражданской правоспособности и обозначения круга элементов, входящих в данное понятие. Решение этой задачи позволяет определить в содержании гражданской правоспособности характер, круг и объем прав и обязанностей, которыми могут обладать юридические лица. Практический же аспект состоит в том, что определение объема и содержания прав и обязанностей юридических лиц в теории позволяет такому субъекту правильно их уяснять и реализовывать на практике.

Актуальность и особое значение исследования вопроса гражданской правоспособности обусловлено также и тем, что эта проблема состоит из элементов, многие из которых сами по себе являются мало исследованными, новыми и крайне важными при рассмотрении общей проблемы юридических лиц. От того, как будут решены вопросы о содержании, объеме и соотношении этих элементов в рамках гражданской правоспособности, зависит нормальное функционирование юридического лица и его существование вообще. К таким проблемным вопросам относится прежде всего само понятие специальной правоспособности юридического лица, определение прав юридических лиц в отношении закрепленного за ними имущества, иные имущественные и личные неимущественные права юридических лиц, вопросы волеизъявления юридического лица, определение круга лиц, поведение которых рассматривается как действия самого юридического лица и т.д.

Если само понятие юридических лиц вырабатывалось в истории медленно и с трудом, то тем более это надо сказать относительно объема их правоспособности. История юридических лиц в римском праве наглядно показывает, как постепенно и по частям развивалась эта правоспособность; история новых народов, в свою очередь, свидетельствуют о разнообразных ограничениях, которым она подвергалась. Наиболее спорным вопросом всегда был вопрос о правоспособности общей или специальной. Сущность его заключается в следующем. Раз юридическое лицо создано, то возникает вопрос: обладает ли оно в имущественной области всеми теми же юридическими правами, которыми обладает и физическое лицо, или же круг этих прав уже, ограничен лишь тем, что определяется самой целью юридического лица? Может ли оно заключать все сделки, доступные частному лицу, или же только такие, которые находятся в связи с его целью? Может ли, например, акционерная компания, имеющая своей целью эксплуатацию какого-либо промышленного предприятия и доставление прибыли своим членам, в своем общем собрании сделать постановление об ассигновании определенной суммы в виде пожертвования на какие-нибудь благотворительные цели? Или, наоборот, может ли какое-нибудь научное или спортивное учреждение открыть фабрику или торговое заведение?

Ранее этот вопрос являлся чрезвычайно сложным, особенно ввиду того, что законодательство на этот счет не содержало определенных, исключающих всякие сомнения, норм. В то время, как одни из цивилистов не усматривали никаких оснований для сужения свободы деятельности юридических лиц и в этом смысле признавали принцип общей правоспособности, другие, отправляясь от того соображения, что деловая деятельность юридических лиц создается только ввиду известной цели, отстаивали принцип специальной правоспособности. При этом надо отметить, что на этой последней точке зрения стояли не только представители теории фиктивности юридических лиц, но часто и сторонники их реальности (Гирке, Салейль и др.).

В первую очередь, необходимо дать ответ на вопрос: что такое правоспособность. В теории правоспособность определена как способность лица иметь субъективные юридические права и нести обязанности. Для того, чтобы быть субъектом права, юридическое лицо должно обладать правоспособностью. Гражданская правоспособность заключает в себе две основные возможности для субъекта права: во-первых, иметь в своем правовом комплексе определенные гражданские права, а, во-вторых, выбирать среди этих прав. Вместе с тем следует отметить, что существуют и такие права и обязанности, которые возникают помимо воли субъекта права. Но в своей основе правоспособность предполагает автономию воли субъекта как носителя прав и обязанностей.

.Для осуществления деятельности, предусмотренной в уставе, юридическое лицо, наряду с правоспособностью, должно обладать дееспособностью, т.е. способностью своими действиями реализовывать гражданские права и обязанности. Дееспособность юридического лица возникает одновременно с правоспособностью после его государственной регистрации. Субъект хозяйствования реализует дееспособность через свои органы управления, которые вступают в гражданский оборот от имени юридического лица и приобретают своими действиями права и обязанности непосредственно для представляемого. Юридическое лицо несет ответственность за действия своих работников, совершенные ими в пределах служебных обязанностей. Поскольку у юридических лиц правоспособность и дееспособность возникают одновременно и в полном объеме, в литературе появилось объединенное понятие праводееспособности, или просто правоспособности.

Ряд авторов применительно к юридическим лицам используют понятие правосубъектности, причем одни ученые отождествляют его только с правоспособностью, другие сводят правосубъектность к содержанию такой категории, как правовой статус, третьи - включают в него и правоспособность, и дееспособность. При этом среди авторов, придерживающихся точки зрения, что правосубъектность включает правовой статус юридического лица, нет единого мнения и по вопросу об определении данной категории. Ввиду этого, по мнению Л.В.Сысоевой, при определении понятия гражданской правоспособности целесообразно исходить из объединенного понятия праовдееспособности, исключая из него другие категории [36, с.77].

Правоспособность может быть универсальная (общая), которая позволяет осуществлять любые виды деятельности, не запрещенные законом, и специальная, предполагающая, что юридическое лицо может иметь не все права, предусмотренные гражданским законодательством, а только те, которые соответствуют целям и предмету деятельности юридического лица, предусмотренным в его учредительных документах.

Белорусское законодательство закрепило принцип специальной правоспособности (ст. 45 ГК Республики Беларусь): "юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, а также предмету деятельности, если он указан в учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности. Отдельными видами деятельности, перечень которых определяется законодательством, юридическое лицо может заниматься только на основании специального разрешения (лицензии)". Перечень видов деятельности, на осуществление которых требуется специальное разрешение (лицензия), и органов, выдающих эти разрешения, устанавливается Постановлением Кабинета Министров Республики Беларусь от 21 августа1995 № 456 [7, с.25]. Право юридического лица на занятие лицензируемыми видами деятельности возникает с момента получения лицензии или с указанной в ней даты и прекращается по истечении срока действия лицензии.

Несмотря на законодательное закрепление специальной правоспособности в Гражданском кодексе Республики Беларусь, в литературе ведутся споры о том, следует ли оставить данное положение либо внести изменения и законодательно закрепить общую правоспособность юридических лиц. Сторонники специальной правоспособности, например, Л.В.Сысоева, считают, что сейчас, в условиях постепенного развития в республике экономических отношений в сторону рыночных, в законодательстве прослеживается тенденция расширения гражданской правоспособности юридических лиц, что весьма положительно. К правам юридических лиц в отношении закрепленного за ними имущества добавилось право приобретать в собственность земельные участки при определенных условиях, что раньше было запрещено. Даже юридические лица, которые не могут быть собственниками имущества (унитарные предприятия) получают правомочия собственника земли в пределах, установленных законодательством для юридических лиц - собственников земли. Расширяется круг сделок, совершаемых юридическими лицами. Юридические лица становятся носителями определенных прав и в сфере интеллектуальной собственности. Расширение затронуло и ответственность юридического лица - теперь этот субъект права несет ответственность всем своим имуществом, а в некоторых случаях она может быть возложена в определенных размерах и на имущество его учредителей (участников). Однако подобное расширение правоспособности юридических лиц должно иметь пределы. Нельзя, по мнению Л.В.Сысоевой, беспредельно, бессистемно и непродуманно расширять правоспособность юридических лиц, и потому вызывает возражение мнение некоторых авторов о полном отказе от категории специальной правоспособности юридических лиц и замене ее общей правоспособностью. Специальный характер правоспособности юридических лиц вытекает из самого понятия юридического лица. Л.В.Сысоева полагает, что такой подход положительно зарекомендовал себя на протяжении всего времени существования этого субъекта права, потому что чем четче сформулированы в учредительных документах права и обязанности юридического лица, цели его деятельности, тем легче такому субъекту осуществлять свою деятельность и тем проще иным лицам, в том числе судебным органам, определиться в отношении правомерности поведения юридического лица [36, с.78].

Как считает русский дореволюционный цивилист И.А.Покровский, для суждения об этом вопросе нужно иметь в виду следующее. Принцип специальной правоспособности может иметь различное обоснование. Можно, во-первых, считать, что уставная цель юридического лица составляет уже в силу самого закона естественный предел его правоспособности; тогда всякий акт, выходящий за этот предел, должен считаться ничтожным. Он должен считаться ничтожным даже тогда, если из среды участников юридического лица никакого спора против акта не возникает. С точки зрения специальной правоспособности, в этом смысле всякий такой акт должен быть кассирован, вопреки совершенно определенной воле всех членов союза.

Но можно, во-вторых, понимать этот принцип иначе. Целью ограничения можно считать не соблюдение естественных пределов правоспособности, а ограждение интересов меньшинства, т.е. тех членов союза, которые были не согласны с состоявшимся постановлением. В таком случае акт, выходящий за пределы уставной цели союза, должен быть признаваем не ничтожным, а лишь подлежащим оспариванию и притом только в таком размере, в каком он наносит ущерб членским интересам оспаривающего.

Большинство из сторонников специальности стоит на второй из отмеченных точек зрения (Салейль, Планиоль и др.). Однако в этой второй позиции, очевидно, принцип специальности перестает быть ограничением самой правоспособности юридического лица; он делается лишь правилом для ограждения частных интересов. Дело идет не о том, чтобы аннулировать тот или другой акт, а лишь о том, чтобы избавить членов меньшинства от ущерба. Поскольку претензий с этой стороны нет, никаких сомнений в действительности акта не возникает [27, с.155-156].

Тем не менее многие авторы становятся сегодня на позицию общей правоспособности юридических лиц (И.А.Маньковский, Л.Г.Русак и др.). По мнению И.А.Маньковского, установление специальной правоспособности сковывает предпринимательскую инициативу, лишает субъекта хозяйствования возможности перестраиваться с одного вида деятельности на другой в соответствии с колеблющимся спросом, что в условиях рыночной экономики не соответствует требованиям рынка. И несмотря на наметившиеся тенденции расширения правоспособности юридических лиц в сфере гражданского оборота, сохранение специальной правоспособности сужает возможность гибкого реагирования на потребности рынка и ограничивает сферу извлечения дохода [24, с.13-14].

В подтверждение данной позиции можно сделать ссылку на директиву Совета Европейских Сообществ, принятую 9 марта 1968г., которая признала за хозяйственными обществами и товариществами и производственными кооперативами общую правоспособность [43, с.7]. К моменту принятия директивы принцип специальной правоспособности юридического лица применялся в европейских странах далеко не буквально и строго. Тем не менее разработчики масштабной программы по сближению законодательств о компаниях стран ЕЭС сочли вопрос о правоспособности компаний настолько важным, что отдали ему приоритет перед многими другими насущными проблемами, поскольку ограничение правоспособности коммерческой организации уставными целями висит как дамоклов меч над каждой заключенной ею сделкой, нарушая стабильность экономического оборота. Кроме того, в предпринимательских отношениях велика опасность сознательного использования ссылок на ограничение самой организацией, заключившей сделку, с тем, чтобы без лишних хлопот освободиться от договора, ставшего обременительным или невыгодным.

Общемировой тенденции следует и российское законодательство. В новом Гражданском кодексе Российской Федерации законодатели пошли по пути расширения правоспособности юридических лиц, предоставив в ст. 49 возможность коммерческим юридическим лицам, за исключением унитарных предприятий и иных организаций, предусмотренных законом, иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом [5, с.28]. Коммерческие юридические лица в Российской Федерации обладают по сути универсальной правоспособностью, что способствует развитию предпринимательской инициативы, увеличению объемов денежного оборота и соответственно количества поступающих в бюджет денежных средств в виде налогов.

Европейское право длительное время придерживалось теории специальной правоспособности коммерческих организаций. Однако интересы оборота заставили отступить от этого принципа. Ст.9 вышеназванной директивы ЕС гласит:" Действия органов компании порождают для нее обязательства по отношению к третьим лицам, даже если эти действия не входят в предмет деятельности компании, за исключением случаев, когда, совершая указанные действия, органы компании превышают полномочия, которые они имеют или могут иметь в силу закона... Компания не может ссылаться на ограничение полномочий своих органов, следующих из ее устава или решения компетентного органа, даже если ограничения опубликованы" [30, с.74]. Директива содержала оговорку, которая позволяла полностью не исключать принцип специализации юридических лиц и давала возможность заинтересованному государству предусмотреть в своем законодательстве, что компания не будет связана действиями ее органов, выходящих за пределы предмета деятельности компании, если докажет, что третье лицо знало или в силу обстоятельств не могло не знать, что данные действия не входят в предмет деятельности компании. Третьи лица, заключающие с обществами сделки, должны знать только те ограничения, которые установлены законом, но не уставом. Требованиям общего рынка больше соответствует принцип общей правоспособности предприятий, которые вправе заниматься любыми видами деятельности, если это не противоречит национальному законодательству. Наличие лицензии является достаточным основанием для занятие этой деятельностью без указания на это в уставе.

Современная теория и практика большинства стран отказалась от принципа специальной правоспособности, не запрещая в то же время указывать на предмет деятельности в уставе конкретной компании. Немецкое право исходит из того, что устав предприятия - это локальный нормативный документ, но не закон. Поэтому члены хозяйственного общества могут изменить устав по решению общего собрания. Акционерный закон ФРГ требует для изменения предмета деятельности акционерного общества лишь повышенного в три четверти капитала. Такое же требование установлено и французским Законом о торговых товариществах Франции [30, с.76].

Доктрина специальной правоспособности утратила свое практическое значение и в США. Корпорации этой страны обладают общей правоспособностью. Объем правоспособности американской корпорации определяется законодательством штата, где зарегистрирована компания. Обычным явлением стала широкая декларация целей компании.

В связи с изложенным следует сказать, что глобальный характер развития рынков, создание общеевропейского экономического пространства есть объективный процесс. Если интересам общего рынка больше соответствует доктрина общей, а не специальной правоспособности хозяйственных товариществ и обществ, думается, ее и следовало бы закрепить в нашем законодательстве. Это общее правило возможно скорректировать лицензированием видов деятельности и специальным законодательством, например, о банках, и т.д. Тем более что специальная правоспособность коммерческих организаций вносит неопределенность в гражданский оборот, т.к. делает возможным признание сделки недействительной по формальным основаниям, т.е. вследствие неуказания этого вида деятельности в уставе.

2.3. Классификация юридических лиц

Многообразие видов и форм хозяйственной деятельности юридических лиц, образованных на основе различных форм собственности, требует научной классификации юридических лиц. Результатом такой классификации является определенная система, позволяющая не только обозреть великое множество юридических лиц, но и соответствующим образом законодательно урегулировать их деятельность, правильно разрешать различного рода споры с участием юридических лиц, а также споры между учредителями юридических лиц по поводу имущества последних.

Юридические лица делятся на виды по различным критериям в зависимости от цели, которая ставится при классификации. Можно выделить много критериев для классификации данных субъектов права. Основные из них, наиболее часто встречающиеся в литературе, законодательных актах и на практике, сведены в схему (см. Приложение 1).

ГЛАВА 3. СУЩНОСТЬ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА

В течение всего XIX века юридические лица были одной из излюбленнейших тем в цивилистической литературе. И, действительно, уже сам факт их особой правоспособности давал богатую пищу для теории права. Чем объяснить эту правоспособность, чем объяснить то обстоятельство, что некоторое общественное образование рассматривается и действует в обороте как единичный реальный человек, как физическая личность? Выяснением этого вопроса занимаются ученые всех стран мира. Разработано множество различных по своему содержанию и направленности теорий. Они различаются в зависимости от той исторической эпохи, в условиях которой предпринималась попытка выяснить сущность юридического лица.

Поскольку теорий сущности юридического лица огромное множество, существует необходимость в объединении их в несколько групп в зависимости от их содержания. При этом следует выделить два типа теорий: теории зарубежных цивилистов и теории советских ученых (надо сразу отметить, что некоторые русские дореволюционные цивилисты придерживались определенных зарубежных теорий. Однако основателями этих теорий были западные ученые, поэтому для удобства мы объединим их в одну группу). Основанием такого разграничения, по мнению В.П.Грибанова, является тот факт, что все зарубежные теории базируются на идеалистической философии. Советская же наука гражданского права исходила при изучении юридических лиц из диалектического метода и материалистической теории. "Юридическое лицо - не фикция, не прием юридической техники, не какой-то биологический организм или целевое имущество" (об этих теориях речь пойдет ниже). "Оно представляет собой социальную реальность, определенное общественное образование, возникшее при определенных исторических условиях, на базе определенного типа собственности и выражающее производственные отношения данного общества" [18, с.19].

Все зарубежные теории сущности юридического лица можно подразделить на три группы: теории фикции, теории реальности юридического лица и агностические теории. Основанием такого разделения является то, что для первой группы теорий (теорий фикции) характерно признание лишь физического лица единственным подлинным субъектом права. Вторая группа теорий (теории реальности) рассматривает юридическое лицо полноправным субъектом права, существующим реально наравне с физическими лицами. Третья же группа (агностические теории) вообще отказывается раскрыть сущность юридического лица, исходя из того положения, что всякий субъект права - как физическое, так и юридическое лицо - это "явление, созданное правопорядком путем приурочения (привязки) к определенной точке, именуемой субъектом, имущественных прав и обязанностей, предусмотренных нормами права" [32, с.70]. Авторы данных теорий отрицают необходимость существования категории "юридическое лицо", предлагая заменить ее другой (коллективная собственность, целевое имущество и т.д.). Каждая группа теорий имеет определенные разновидности. Так, разновидностью теории фикции является теория интереса Иеринга. Среди реалистических теорий выделяются органическая теория и теория правовой реальности, а среди агностических теорий - теория коллективной собственности и теория целевого имущества.

Советские теории сущности права представлены четырьмя цивилистами: С.И. Аскназием (теория государства), А.В.Венедиктовым (теория коллектива), Ю.К.Толстым (теория директора) и Д.М.Генкиным (теория социальной реальности).

Для удобства восприятия все основные теории сущности юридического лица объединены в схеме (см. Приложение 2).

Теперь необходимо более подробно рассмотреть каждую из указанных выше теорий.

3.1. Зарубежные теории сущности юридического лица

Теория фикции. Юридическое отношение предполагает двух субъектов, активного и пассивного, как представителей права и обязанности. Поэтому невозможно отношение, в котором существовала бы одна обязанность без соответствующего права. Немыслимо и такое отношение, где право осталось бы без активного субъекта. Право есть явление общественное; оно установлено ввиду потребности людей, которые составляют общество. Так как потребностями обладают люди, то и субъектами юридических отношений должны быть люди. Но последовательное проведение этого положения могло бы отразиться невыгодно на интересах общества и составляющих его единиц. Г.Ф.Шершеневич приводит следующий пример: "Возьмем случай, когда наследодатель в завещании определит известный капитал на учреждение богадельни. Если бы субъектами права могли быть только люди, то завещатель должен был бы поручить этот капитал какому-либо физическому лицу, которое бы создало завещанное учреждение и от своего имени вело бы его, вступало бы во все необходимые сделки, а при смерти завещало бы капитал снова другому лицу, которое продолжало бы это дело от своего имени. Но при таких условиях нет особенной гарантии, что завещанный капитал действительно получит данное ему назначение в лице первого и последующих распорядителей, что имущество это, слившись с прочим имуществом того или иного распорядителя, не подвергнется взысканию по частным его долгам. Все эти неудобства могли бы быть устранены, если бы завещанное имущество было приурочено к особому субъекту, от имени которого совершались бы все необходимые сделки" [42, с. 92]. В качестве примера можно привести также случай акционерного общества. Множество лиц складывают небольшие взносы в значительный капитал с целью совместного достижения общей экономической цели. Чтобы достигнуть намеченной цели, акционеры должны были бы вручить капитал одному или нескольким лицам, которые от своего имени совершали бы все необходимые сделки. Капитал акционеров слился бы с частным имуществом управителей и мог бы подвергнутся взысканию со стороны их частных кредиторов. Кто при такой опасности решился бы сделать взнос?

Выход из затруднения может быть найден, если на место действительных физических лиц мы поставим воображаемое лицо, фиктивного субъекта, которому и приурочим все отношения, устанавливаемые для какой-либо общей цели. Так как имущество есть совокупность юридических отношений, объединяемых личностью субъекта, то, за отсутствием физического лица, выполняющего эту задачу, необходимо создать искусственный субъект, который бы стал центром юридических отношений, преследующих совместно одну экономическую цель. Эта воображаемая величина играет большую роль. Благодаря ей, обособляются интересы, общие многим физическим лицам, а также юридические средства достижения их.

Изложенный взгляд на юридическое лицо называется теорией олицетворения (фикции), выдвинутой еще в средние века папою Иннокентием IV, который в связи с необходимостью ответить на вопрос, подлежит ли корпорация отлучению от церкви, в 1245 г. писал, что корпорация существует лишь в человеческом воображении, что это фикция, придуманная разумом [41, с.9]. Но родоначальником теории фикции признают германского ученого, основоположника исторической школы права - К.Ф.Савиньи. Он уже в первой половине XIX века утверждал, что юридические лица - это "искусственные, допущенные в силу простой фикции субъекты". Юридическое лицо так же недееспособно, как малолетний или сумасшедший, ибо юридические действия предполагают "существо, способное мыслить и хотеть", которым не может быть юридическое лицо "как простая фикция" [13, с.676]. На самом деле субъектом права может быть только волеспособная личность - человек. Однако К.Ф. Савиньи утверждал, что позитивное право может не только сузить круг правоспособных лиц, но и расширить его, признав субъектами права искусственно созданные образования. Такой субъект права - фикция - создается исключительно в юридических целях. Юридическое лицо, с точки зрения Савиньи, недееспособно. Дееспособны органы юридического лица, а они состоят из людей [41, с.10].

Многие авторы выступили с критикой данной теории (в первую очередь, германисты, выдвинувшие теорию реальности юридического лица). Сегодня некоторые цивилисты считают, что теория фикции не отвечает реальным потребностям времени. Так, по мнению А.Вейля, в настоящее время можно говорить о закате теории фикции, отражавшей индивидуалистические идеи; "теперь наблюдается более ясное понимание социальных нужд" [32, с.70]. Профессор В.Ф.Чигир также полагает, что более соответствующими потребностям рыночной экономики являются реалистические теории [41, с.10].

Для опровержения критики, выдвинутой в адрес указанной теории, Г.Ф.Шершеневич как сторонник фиктивности юридического лица приводит примеры использования фикций в других науках. "Таковы, - говорит Шершеневич, - те мысленно представляемые линии (меридианы), которыми пользуется география, таковы те точки, линии и круги, которые лежат в основе математики и которые нигде в действительности не встречаются. Нет основания и юриспруденции избегать этого вполне научного приема; не следует только обращаться к фикциям там, где в них нет необходимости" [42, с. 93].

Несмотря на критику, в настоящее время основной теорией, объясняющей сущность юридического лица на Западе, является именно теория фикции. В целом ряде стран законодатели прямо отмечают фиктивность юридических лиц. Так, по законодательству США и Англии, "корпорация - это искусственное образование, невидимое, неосязаемое и существующее только с точки зрения закона". В гражданском кодексе Чили закреплено следующее понятие юридического лица: "Является юридическим лицом лицо фиктивное, способное осуществлять права и нести гражданские обязанности и вступать в правовые и неправовые отношения" [10, с.98].

По мнению Е.В.Богданова, обособление имущества в юридическом лице - это тоже фикция. Владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом присуще лишь физическим лицам. Фиктивный характер обособления имущества обнаруживается также и в том, что после ликвидации юридического лица имущество, оставшееся после удовлетворения требований кредиторов, распределяется учредителями между собой. Фикцией будет и способность юридического лица выступать от своего имени в гражданском обороте, что прежде всего необходимо в целях перенесения ответственности по сделкам с того, кто действительно формирует и изъявляет волю - человека, на юридическое лицо, которое и не мыслит, и не проявляет воли [10, с.97].

Г. Дернбург предлагает признать юридические лица не фикцией, а представлением. Он рассуждает о том, что в обществе есть потребность приурочивать имущественную правоспособность не только к отдельным людям, но и к социальным организациям, и в этой потребности нет ничего искусственного. Юридические лица, конечно, не являются чем-то телесным, но из этого не следует, чтобы они не существовали. "Представление о юридическом лице подводит нечто действительно существующее под соответствующее этому понятие. Понятие общины, например, охватывает собой людей и территорию, поставленных в определенную взаимную связь. Такое представление соответствует действительному положению вещей; оно является не плодом фантазии..., а результатом рассудка, пользующимся общим признанием" [30, с.52].

Теория фикции - самая распространенная среди теорий сущности юридического лица в западных странах. Однако указанная доктрина не отвечает на следующий вопрос: если юридическое лицо - это воображаемое, не существующее в реальности лицо, фикция, то как такое лицо может быть субъектом прав? Фикция не может иметь воли, а без воли нет прав и обязанностей. Бессубъектных прав быть не может, как не может быть долгов без должника, собственности без собственника и т.д. Тем не менее теория фикции предоставляет определенные права юридическим лицам, утверждая одновременно, что они есть фикция. В этом кроется противоречие данной теории.

Теория интереса. Данная теория является разновидностью теории фикции. Выдвинута она была немецким юристом Рудольфом фон Иерингом. Он, идя по тому же пути, что и сторонники теории фикции, не щадил красок для характеристики всей искусственности юридического лица. Иеринг считал, что поскольку речь идет о правах и обязанностях многих лиц, то третьим лицам трудно установить размер долевого отношения каждого из многочисленных ответчиков. При предъявлении иска должен рассматриваться вопрос о существовании притязания между всей совокупностью, с одной стороны, и третьими лицами - с другой. Поэтому и создается искусственный носитель прав, который вовне (с третьими лицами) действует как один субъект. Внутри такого носителя управомоченными лицами являются участники, а юридическое лицо есть только проводник их интересов. Субъектом права может быть только физическое лицо, а юридическое лицо для Иеринга - лишь "фигурант", искусственный носитель прав, "простая видимость", за которой скрывается "воображаемое существо, которое ничем не может пользоваться и ничего не может воспринимать". Если же юридическое лицо как таковое совершенно неспособно к пользованию, оно "не имеет никаких интересов и целей, следовательно, не может иметь и никаких прав" [13, с.676]. Иеринг первым в гражданском праве разделил внутренние права и обязанности и внешние отношения совокупности с третьими лицами. При этом корпорациям и учреждениям во внешних их отношениях приписываются права, во внутренних же отношениях в действительности права принадлежат людям, пользующимся выгодами корпораций и учреждений; то, чему приписывается право, есть лишь "фигурант", а субъектами прав являются дестинатеры, например, акционеры и т.п. По мнению Д.И.Мейера, коренная ошибка этой теории та, что субъектом прав признается не тот, кому права приписываются, а кто пользуется выгодами прав. То, что Иеринг называет внешними отношениями, это и есть права юридического лица, а что он называет внутренними отношениями - это права физических лиц по отношению к лицу юридическому, а не права юридического лица. Если, следовательно, отбросить эти внутренние отношения, то останутся одни внешние отношения, а тут юридическое лицо, по выражению Иеринга, фигурант, т.е. только фигурирует как личность, ему только приписываются права, а этого не отрицает Иеринг, следовательно, не отрицает и фикции юридического лица [25, с.121].

Из теории Иеринга следует важнейший вывод: вовне субъектами права выступают не отдельные участники в соответствующих долевых частях, а совокупность лиц как носитель всех долевых прав, как единство управомоченных лиц. Реальными же субъектами субъективных прав, которые правовая система предоставляет юридическим лицам, являются физические лица, пользующиеся выгодами от этих прав.

Теория реальности юридического лица. Против теорий фиктивности юридического лица было сделано много возражений. Германисты (сначала Безелер, в последнее время Гирке), а также и некоторые романисты (Регельсбергер), основываясь на изучении исторических основ германского национального права, утверждали, что юридическое лицо вовсе не фикция, а действительный, реально существующий объект, хотя и не физическое лицо; что оно такой же субъект права, как и физическое лицо, а не только уподобляемое.

Люди внутри социальных организмов (т.е. юридических лиц) действуют в соответствии с целями последних. В результате порождается общая воля союза, которая отличается от индивидуальной воли члена союза. "Постоянная, основанная на прочной организации совместная деятельность отдельных воль, направленных на осуществление общей цели, создает новую волю, подобно тому, как многие мелкие ручьи образуют реки". Эти слова принадлежат Регельсбергеру [30, с.53]. Таким образом, право не создает эти социальные образования, а только наделяет их правоспособностью. Этот субъект права необходим для нормального функционирования государства как союзная личность, т.е. "признанная правопорядком деятельность человеческого союза, выступающего в качестве отличного от суммы соединенных в союзе лиц единого целого, являющегося субъектом прав и обязанностей" [41, с.11]. Такая союзная личность - социальная реальность. Как и живой организм, она действует в общественной жизни.

Теории реальности придерживался и видный историк права Н.Н.Алексеев. Он утверждает: " Опыт показывает, что кроме так называемых физических (одночеловеческих) личностей в общественной жизни существуют еще и личности коллективные (многочеловеческие). Совокупности физических лиц не представляют собой простой кучи предметов, простого агрегата; совокупности могут обладать своей, особой жизнью, своими интересами и потребностями... Они вовсе не исключены из физического лица, вовсе не лишены телесной природы, вовсе не принадлежат к миру чистой, бесплотной духовности. Коллективные личности в той же степени физичны, как и физические лица... Они являются особым родом сложных, физических индивидуумов, а потому они и могут быть субъектами собственности так же, как и отдельные люди" [30, с.55].

Гримм, будучи также сторонником теории реальности юридического лица, рассуждает: "...Невозможно же серьезно утверждать, что государство, город, акционерная компания... и т.д. существуют только в нашем воображении, а не в действительности... Если мы уясним себе, что правоспособность есть социальное качество, жалуемое объективным правом, то мы не найдем ничего страшного в том, что правоспособность... может быть присвоена союзным образованиям. Они становятся реальными субъектами, как и физические лица" [30, с.55].

Теория реальности юридического лица имела несколько проявлений. Наиболее распространенной ее разновидностью была так называемая органическая теория. Для нее характерен биологический подход к юридическому лицу, т.е. ее сторонники полностью отождествляли коллективные организмы с человеческими. Даже Гирке, протестуя против далеко идущих аналогий социальных организмов с естественными, все же не мог удержаться от аналогии органов юридического лица с органами человеческого тела: глазами, ртом и руками. Таким образом, сторонники органической теории подводили коллективное образование под родовое понятие живого существа. И в этом проявляется некое мистическое представление о человеческих коллективах, менее всего способное раскрыть действительную сущность юридического лица.

Широкое распространение получила также теория правовой реальности, искавшая основу и сущность реальности юридического лица не в сфере социально-биологических явлений, но прежде всего или исключительно в сфере явлений (отношений) юридических. Одни из ее представителей вплотную примыкали к органической теории, стремясь вслед за нею проконструировать понятие юридического лица по модели человеческой личности. Другие, напротив, полностью отрывали категорию юридического лица от реальных общественных отношений и утверждали, что юридическим лицом может быть любое существо, ибо правопорядок может любому существу присвоить любые правомочия. Один из немецких представителей данной теории Колер спрашивал: "Почему дерево или животное не должно иметь возможности обладать правами? Другой вопрос, пользуется ли правопорядок этой возможностью, ибо он наделяет правами лишь такие существа, для которых эти права могут играть предназначенную им и соответствующую осуществлению права роль" [13, с.680].

Теория реальности юридического лица подверглась, в свою очередь, критике со стороны представителей теории фикции. Так, Д.И.Мейер, говоря об общей воле юридического лица, существование которой признают реалисты, утверждает, что, отвечая на вопрос, где эта воля, реалисты прибегают к фикции. Одни говорят об образовании этой воли из частиц воли отдельных членов корпорации и учреждения, другие сочиняют какую-то "бестелесную волю" и "застывшую волю": в корпорации - это воля отдельных членов, мыслимая как нечто самостоятельное, особое от воли каждого из них, воля учреждений - воля учредителя. И здесь, по мнению Мейера, имеет место та же фикция, которую отрицают сторонники теории реальности [25, с.120].

Очень важный вопрос был поднят И.А.Покровским [27, с.147]. Прежде, чем рассуждать о природе юридического лица, о том, представляют ли они некоторую фикцию нашего юридического мышления или же подлинную реальность, необходимо разрешить вопрос о том, что следует понимать под словом "реальность" в сфере правовых явлений. Различное понимание данной категории дает, конечно, и различные ответы на вопрос о природе юридических лиц. Так, например, с точки зрения "наивного реализма", для которого реально только то, что более или менее осязаемо, юридическое лицо, естественно, будет фикцией, а человек - реальностью. Напротив, с точки зрения Л.И.Петражицкого, для которого объективная реальность заменяется некоторым психическим "субъектным представлением", не только юридическое лицо, но даже и обыкновенный физический человек будет казаться только идеей ("представлением") - наравне с каким-нибудь дьяволом, лешим и другими продуктами расстроенного воображения. Выяснение преюдициального вопроса о социальной реальности является, таким образом, необходимым предположением для правильного теоретического разрешения вопроса о природе юридических лиц. Думается, что юридическая реальность есть вообще некая особая реальность: даже физический человек, превращаясь в юридического субъекта прав, утрачивает в значительной мере свою естественную реальность; для понятия субъекта прав безразличен рост, цвет волос и т.д. В особенности в сфере имущественного оборота право мыслит людей прежде всего в качестве некоторых абстрактных центров хозяйственной жизни. Понятие субъекта прав, таким образом, есть вообще некоторое техническое, условное понятие, которое как таковое вполне применимо и к лицам юридическим.

Агностические теории. Во введении к изданному в 1960 году коллективному труду юристов различных стран о юридическом лице и границах этого понятия французский юрист Рене Давид приходит к заключению, что авторы XIX столетия создали миф о юридическом лице, считая прогрессивными взгляды, согласно которым юридическое лицо по возможности в полной мере должно быть приравнено к лицу физическому. Эти взгляды оказали влияние в различных странах на теории юридического лица и на судебную практику. В настоящее время, по утверждению Давида, подобные взгляды отвергнуты и даже в странах, где они, казалось бы, освящены законом. Давид, подытоживая мнения большинства авторов указанной коллективной работы, утверждает, что юридическое лицо - это лишь техническое средство введения в оборот в общественных интересах определенного имущества, конкретизация целей и т.д. Современная теория, пишет Давид, отвергает идею старых теорий, что юридическое лицо отлично от индивидов, его составляющих. В действительности основой юридического лица является люди, юридическое лицо существует для своих членов или через них - для других. Отсюда вывод, что товарищество, ассоциация, кооператив, учреждение и т.д. не должны рассматриваться как лица; их правосубъектность - это маска, за которой в действительности открывается реальность - человеческие личности [32, с.71].

Среди агностических теорий многие авторы (А.В.Венедиктов, А.Вейль и др.) выделяют теорию целевого имущества и теорию коллективной собственности [13, с.677; 32, с.70]. Некоторые же цивилисты, например, В.П.Грибанов, считают данные теории разновидностями теории фикции [18, с.12]. Однако их анализ показывает, что они направлены на отрицание категории юридического лица и замене ее другой, в то время как теория фикции признает необходимость существования юридического лица, только не в реальности, а в нашем воображении.

Представители теории целевого имущества (Бринц, Густав Шварц, Беккер) утверждали, что как отдельная вещь, так и целое имущество могут принадлежать не только кому-либо, но и чему либо - какой-то цели, для служения которой это имущество предназначено. Таким бессубъектным, целевым имуществом и является имущество юридического лица. Бринц называл юридические лица "огородными чучелами, которые так же мало заслуживают упоминания в теории права, как и в естественной истории" [42, с. 92]. По его мнению, термин "юридическое лицо" применительно к целевому имуществу используется лишь в качестве метафоры, ибо людям свойственно персонифицировать цели и безличные вещи, предназначенные служить этим целям. В действительности здесь нет субъекта прав и обязанностей, а есть лишь целевое имущество.

Очевидно, что представители теории целевого имущества смешали вопрос о принадлежности имущества с вопросом о его назначении и допустили возможность права без субъекта. Вместо того, чтобы ответить, кому принадлежит данное имущество, они отвечают, чему оно служит. Беккер, проводя последовательно взгляд на возможность бессубъектных имуществ, оспаривает общепринятое положение, что субъектами не могут быть животные и безжизненные предметы, например здание. "Вполне возможно завещать в пользу любимого пса или лошади и нет никакого основания суду не принять иска от имени дога Тираса или английской кобылы Билоны" [42, с. 92].

Густав Шварц пошел еще дальше. Он пришел к заключению, что вся путаница в вопросе о природе юридических лиц происходит именно от неудачной идеи субъекта прав. Сама эта идея, по его мнению, совершенна несостоятельна. То, что придает имущественному комплексу юридическое единство и что индивидуализирует один комплекс от другого, заключается отнюдь не в субъекте, которому то или другое имущество принадлежит, а в той юридической цели, которой это имущество служит. Имущество вообще служит не кому-нибудь, а чему-нибудь, т.е. тем или иным признанным и одобряемым правопорядком целям. Даже если имущество принадлежит кому-нибудь, например, лицу А, то и в этом случае такая принадлежность значит только одно - именно то, что данное имущество предоставлено правопорядком для служения целям лица А. Но и эти личные цели А признаются заслуживающими правовой охраны не потому, что они цели А как личности, как самостоятельного субъекта прав, а потому, что они считаются необходимыми, разумными целями всего общежития. Человек или юридическое лицо, таким образом, по существу есть не субъект прав, не автономный автор целеполагания, а лишь управитель имущества, предназначенного служить уже извне положенным целям. Вследствие этого, говорит Шварц, современная юриспруденция поступила бы правильно, если бы вовсе выбросила из системы своих понятий понятие субъекта прав и заменила его понятием "правовой цели" [42, с. 93].

Из других агностических теорий следует выделить теорию коллективной собственности. Яркими представителями этой теории являются французский ученый Планиоль и русский цивилист Гамбаров Ю.С. По мнению Планиоля, юридическое лицо - лишь средство, предназначенное упростить управление коллективной собственностью. Юридические лица - "только коллективные имущества, которыми владеют более или менее многочисленные объединения". С точки зрения Гамбарова, юридическое лицо "представляет собой не что иное, как форму коллективного обладания, нимало не опровергающую того основного положения, что единственным субъектом права всегда и везде является только реальная человеческая личность"[41, с.12].

Таким образом, мы видим, что единства мнения о природе юридического лица не существовало среди западных цивилистов. Помимо вышеуказанных распространенных теорий вырабатывались и иные, пытавшиеся дать оценку того, что есть юридическое лицо (например, теория коллективных интересов Морандьера, теория должностного и товарищеского имущества Гельдера и Биндера и др.). Споры о сущности юридического лица существуют и сегодня, ибо нет еще единой школы, вырабатывающей общие для всех понятия юридического лица.

3.2. Теории советских ученых

Советские ученые предложили свое понимание сущности юридического лица. Были разработаны четыре теории: социальной реальности (Генкин Д.М.), государства (Аскназий С.И.), коллектива (Венедиктов А.В.), директора (Толстой Ю.К.).

Цивилист О.А.Красавчиков выделяет два периода в развитии доктрины юридического лица в советский период:

1) 30ые - начало 60х гг. XX века - появление четырех теорий (государства, коллектива, директора, социальной реальности);

2) с конца 1961 г., когда законодатель определил в Основах гражданского законодательства Союза ССР и союзный республик сущность юридического лица через категорию "организация". С этого момента дискуссия вокруг общих проблем юридического лица была практически свернута [23, с.38].

Теория государства была разработана в 40-х годах С.И.Аскназием. Поставив перед собой задачу выявить и проанализировать общественные отношения, которые стоят за фигурой государственного юридического лица, Аскназий акцентирует внимание на том, что деятельность государственных предприятий (организаций), между которыми складываются отношения, направляются государством, являющимся единым собственником всего государственного имущества. Волю и интерес государства на конкретном участке выполнения плана реализует администрация предприятия, используя для этого выделенное предприятию имущество и привлекая соответствующий рабочий коллектив. Однако ни администрация, ни коллектив работников предприятия не является субстратом (основой) государственного юридического лица, носителем его прав. За каждым государственным юридическим лицом стоит только само государство, единый всенародный коллектив, являющийся не только собственником всего государственного имущества, но и действительным носителем прав, предоставленных юридическому лицу.

Данная теория подверглась критике. Ее противники указывали на то, что она входит в противоречие с реальными общественными отношениями, складывающимися между юридическими лицами, поскольку признается носителем прав, предоставленных юридическому лицу, только само государство, и отсюда вывод, что государство вступает в имущественные отношения с самим собой.

В 40-е годы в советской литературе возникла еще одна концепция юридического лица. Ее основателем был профессор А.В.Венедиктов. Данная теория в литературе кратко именуется теорией коллектива. Согласно этой концепции, за каждым государственным юридическим лицом стоят:

1) само социалистическое государство, весь советский народ в лице своего социалистического государства как единый и единственный собственник всего фонда государственной собственности и

2) возглавляемый ответственным руководителем коллектив рабочих и служащих данного юридического лица как коллектив, который под руководством дирекции непосредственно осуществляет задачи, возложенные государством на это юридическое лицо.

По мнению А.В.Венедиктова, только такое решение вопроса позволяет раскрыть сущность государственного юридического лица во всей ее полноте. Усматривая за государственным юридическим лицом только само социалистическое государство, невозможно понять правовые отношения между отдельными государственными юридическими лицами как отношения людей, как отношения реальных человеческих коллективов, выполняющих возложенные на них государством функции. Впадая же в обратную крайность и видя за государственным юридическим лицом только коллектив рабочих и служащих, выполняющий во главе со своим руководителем возложенные на данное юридическое лицо задачи, невозможно решить вопрос о собственнике имущества государственного юридического лица. В этом случае анализ природы государственных юридических лиц в полном ее объеме не был бы произведен, ибо полное раскрытие сущности любого юридического лица невозможно без анализа основного вопроса о праве собственности на имущество юридического лица

Участником гражданского оборота и, следовательно, юридическим лицом, А.В.Венедиктов признавал именно коллектив рабочих и служащих во главе с его руководителем, а не государство в целом, хотя оно и стоит за юридическим лицом как собственник выделенного государственной организации имущества. Это возможно и допустимо потому, что категория юридического лица применительно к государственным организациям выражает отделение "управления" имуществом от права собственности на него. Субъектом же присвоения является государство.

Из теории коллектива был сделан вывод: необходимым условием ответственности юридического лица при нарушении принятых им на себя договорных обязательств, а также вследствие причинения вреда другому лицу являются виновные действия или упущения его работников в связи с использованием ими своих трудовых (служебных) обязанностей; работник в этих случаях не противостоит юридическому лицу - его действия являются действиями юридического лица.

Теория коллектива также подвергалась критике. По мнению некоторых советских ученых, эта теория не сумела доказать, что именно организованный коллектив, а не администрация (ответственный руководитель, директор) обладает правомочием распоряжения имуществом государственного предприятия, иной государственной организации. Указывалось на то, что распорядительные сделки совершаются на основе решений, принимаемых единоначальником (директором), а не в силу решений коллектива. А для выступления организации в гражданском обороте решающим является право распоряжения имуществом.

Тем не менее концепция А.В.Венедиктова была воспринята и развита многими цивилистами: С.Н.Братусем, В.П.Грибановым, О.С. Иоффе, Н.С.Малеиным, Г.К.Матвеевым.

Практика послужила импульсом к появлению новой теории юридического лица - теории директора Ю.К.Толстого. Основные положения данной теории сводятся к следующему. Нельзя, по мнению Ю.К.Толстого, с точки зрения теории коллектива обосновать право распоряжения как решающего для юридического лица правомочия в сфере обращения. Не принадлежат также коллективу и правомочия владения и пользования имуществом, закрепленным за юридическим лицом. Эти правомочия предоставляются каждому работнику только для того, чтобы он мог выполнить свои обязанности, предусмотренные трудовым договором.

Ю.К.Толстой полагал, что за каждым юридическим лицом стоят само государство и ответственный руководитель (директор) организации, уполномоченный государством на управление имуществом. Воля государства здесь преобразуется в волю должностного лица, выражаемую им как носителем административной и гражданской правоспособности. В итоге - вывод, что ответственный руководитель выступает как субстрат юридического лица, он неотделим от последнего. Поэтому, выступая в гражданском обороте от имени юридического лица как его орган, ответственный руководитель выступает тем самым от своего имени. Не только правомочия распоряжения, но и правомочия владения и пользования имуществом, имеющиеся у государственной организации, - это права, закрепленные за ее ответственным руководителем.

Теория директора не нашла большой поддержки в литературе по гражданскому праву. Но, по мнению С.Н.Братуся, она послужила известным толчком к тому, чтобы усилить и развить аргументы, обосновывающие принадлежность правомочия распоряжения коллективу как юридическому лицу. Еще в 1950 году было отмечено, что возможность распоряжения произведенной продукцией как товаром путем гражданско-правовых сделок создается деятельностью всего организованного коллектива. Весь коллектив, а не только руководитель, опираясь на закрепленное за организацией имущество, выполняет плановое задание, используя это имущество, а частью этого плана является и реализация продукции, и приобретение необходимого для дальнейшей деятельности имущества. Руководитель - не только должностное лицо государства, но и "дирижер, и координатор кооперированного труда внутри организации". Руководитель, следовательно, также член коллектива и представитель его вовне. Таково двойственное положение руководителя. Поэтому хотя распорядительные сделки совершаются по решению руководителя, но это решение, во-первых, определяется всенародной волей коллектива, организованного в государство, т.е. актом централизованного планирования, и, во-вторых, деятельностью коллектива работников во главе с директором, т.е. самой организации. Без этой деятельности и без проявления инициативы и самостоятельности в конкретизации планового задания организованного коллектива принятие экономически обоснованных и юридически значимых решений - распорядительных сделок - было бы невозможно. Именно в совместной деятельности коллектива работников организации и выражается единство воли, характерное для данного коллектива.

Уже в 40-50е годы были подмечены недостатки рассмотренных теорий:

1) сторонники этих теорий распространили без достаточных к тому оснований результаты, полученные в процессе исследования государственных юридических лиц, на все иные виды данной категории субъектов права. Иначе говоря, признаки отдельного вида были возведены в ранг признаков рода;

2) эти концепции трактовали юридическое лицо как правовую форму и в связи с этим усердно вели поиск "людского субстрата", стоящего "за" данным юридическим лицом. Однако как только указанный субстрат обнаруживается (государство, коллектив, директор), то на последующей стадии научного анализа происходит подмена понятий и найденный субстрат объявляется сущностью юридического лица.

О.А.Красавчиков, признавая, что юридическое лицо является правовой формой выражения определенных общественных отношений людей, объединенных единой целью, критикует теории, утверждающие, что за юридическим лицом стоят всенародный или более узкий коллектив или даже руководитель - единоначальник. Недостаток этих теорий, по мнению этого автора, состоит в том, что в них общественные отношения людей были заменены самими людьми. Поскольку речь идет о юридическом лице, надо признать, что таким лицом является не всенародный коллектив, не коллектив работников предприятия, ни тем более его директор, а организация. Организация - не сумма индивидов, ее составляющих; сущность организации (как и общества в целом) - в тех связях и отношениях, в которых находятся люди, объединяясь для достижения поставленных целей. Отсюда делается вывод, что организация представляет собой определенное социальное образование, т.е. систему существенных социальных взаимосвязей, объединенных для достижения поставленных целей в единое структурно и функционально дифференцированное социальное целое [32, с.66].

За восемь лет до этого Б.Б.Черепахин развил близкие к взглядам О.А.Красавчикова соображения о природе юридического лица. Б.Б.Черепахин считает, что без коллектива, т.е. людей, нет и юридического лица и тем более не может осуществляться его деятельность. При этом автор не согласен с теорией коллектива; он считает, что "никто не стоит за юридическим лицом, так же как и никто не стоит за гражданином как субъектом прав и обязанностей. Имущество юридического лица принадлежит ему самому и не принадлежит людям, составляющим его людской субстрат". Необходимо отметить, что хотя в теории коллектива правильно подчеркнуто значение людского субстрата, но, по мнению Б.Б. Черепахина, в ней осуществлена замена понятия "юридическое лицо" понятием "коллектив" (а в теории директора - органа юридического лица) и тем самым отрицает наличие фигуры юридического лица как самостоятельного носителя прав и обязанностей. Вместе с тем считая, что за юридическим лицом стоит якобы коллектив, сторонники теории коллектива "удваивают" субъект права [32, с.66].

С.Н.Братусь (как сторонник теории коллектива) высказал мнение о том, что упреки, сделанные О.А.Красавчиковым и Б.Б.Черепахиным в адрес указанной теории, едва ли являются заслуженными. Ведь и сторонники этой теории хорошо понимают, что юридическое лицо - это правовая форма выражения определенных социальных связей людей, объединенных волей в одно целое для удовлетворения личных и общественных интересов, и что таким целым является организация. Поэтому речь идет о социально организованном коллективе людей, а не просто о сумме отдельных личностей. Это и следует иметь в виду, когда рассматривается социально организованный коллектив, выступающий как юридическое лицо в товарно-денежных имущественных отношениях. Именно в таком смысле слова говорится о юридическом лице как коллективном образовании [32, с.68 ].

Критика анализируемых взглядов послужила своего рода теоретической базой для формирования противоположных идей, в частности, теории социальной реальности, выдвинутой Д.М.Генкиным. Сущность данной точки зрения проста - не нужно искать, что стоит "за" юридическим лицом, последнее само является социальной реальностью, которую надо изучать, совершенствовать и т.д. Генкин утверждал, что категория субъекта права, в частности юридического лица, "это правовая категория, олицетворяющая общественную реальность", что "вопрос о субъекте права, о юридическом лице - это вопрос о выступлении данного образования как единства, как носителя воли в его отношениях к другим субъектам" [32, с.65].

Однако и здесь не обошлось без критики. По мнению Г.М.Степаненко, в теории социальной реальности сам термин "социальная реальность" является неопределенным и не дающим представления о том понятии, которое он призван определить. "Социальных реальностей" бесчисленное множество. В понятии юридического лица как "социальной реальности" не раскрывается важнейший вопрос: общественные отношения каких именно людей или коллективов получают правовое опосредование в институте юридического лица?[33, с.102-103].

Таким образом, и среди советских ученых не было единых позиций по поводу сущности юридического лица. Этот вопрос является настолько сложным, что некоторые цивилисты, например, В.Б.Ельяшевич, высказали мнение, что невозможно создать единую теорию юридических лиц, т.к. "юридическое лицо - это общие скобки, которые обнимают различные по своей юридической сущности явления. Надо вскрыть эти общие скобки, чтобы понять каждое из стоящих за ними отношений" [30, с.62]. Автор считает, что те явления, которые подводятся под общее понятие юридического лица, представляются по своей внутренней юридической структуре совершенно различными не только для разных категорий юридических лиц, но даже в пределах одного их вида - корпораций. Это свойство, объединяющее их, - их юридическая личность - отнюдь еще не определяет собой всей их юридической природы. Отнюдь не достаточно изучения этого одного их свойства, чтобы понять их. Даже глубокий анализ понятия юридического лица не позволил бы познать юридическую природу различных явлений, подводимых под эту категорию, как путем анализа понятия млекопитающих невозможно познать всей природы человека и его отличий от других млекопитающих. По мнению Ельяшевича, за поисками сущности было в значительной степени упущено изучение тех отношений, которые стоят за понятием юридического лица.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Право всегда существовало не только для отдельных лиц, но и для целых социальных союзов (род, семья, государство и т.д.). Человек всегда был частью определенного социального организма, с помощью которого регулировалась его деятельность в обществе. Гражданское право знает два вида субъектов прав: физические и юридические лица. Назначение юридических лиц в обществе - быть формой организации совместной деятельности людей. Юридическое лицо позволяет объединить множество усилий физических лиц в волю одного лица. В гражданском обороте юридическое лицо выступает единым субъектом прав, хотя внутри организации может быть сколько угодно физических лиц. В современном гражданском законодательстве организации граждан являются основной правовой формой совместной деятельности людей, поскольку для достижения своих целей (хозяйственных, общественных и т.д.) физические лица объединяются в организации. Их воля иметь организацию выражается в учредительных документах. Отдельная личность подчиняется целям союза, но только в некотором отношении, вступая в организацию, в части, необходимой для достижения поставленной союзом цели.

Гражданский кодекс Республики Беларусь 1998 г. раскрывает понятие юридического лица через его признаки. В самом кодексе указывается на четыре признака юридического лица, являющихся обязательными для признания его субъектом права: организационное единство, имущественная обособленность, самостоятельная имущественная ответственность и выступление в гражданском обороте от своего имени. Большинство цивилистов стоит на данной позиции, считая эти признаки необходимыми и достаточными. Однако в литературе встречаются мнения о том, что надо ввести еще один признак в качестве дополнительного (несение налогового бремени) либо, наоборот, отрицается необходимость такого признака, как организационное единство. Тем не менее позиция, закрепленная в Гражданском кодексе, является устоявшейся и обоснованной, и потому не представляется необходимым вводить новые признаки либо отрицать значение уже закрепленных в Гражданском кодексе.

Юридическое лицо - явление весьма многогранное и сложное. Познать его сущность пытались цивилисты различных стран мира, разных исторических эпох. Было выдвинуто множество концепций, предлагающих свое понимание сущности юридического лица. Одни авторы говорили, что данный субъект права является фиктивным, выдуманным и существующим лишь в нашем сознании; другие утверждали, что юридическое лицо - реально существующее образование, независимое от составляющих его физических лиц, полноправный субъект права; третье вообще отрицали необходимость существования такой категории, как "юридическое лицо", предлагая заменить ее какой-либо иной.

Советские цивилисты, исходя из существующих экономических и политических реалий, предлагали свое толкование сущности юридического лица, хотя и здесь не было единства мнений. В результате было предложено отказаться от поиска сущности юридического лица, поскольку "невозможно познать юридическую природу различных явлений, подводимых под эту категорию" [30, с.62]. Кроме того, за поисками сущности было значительно упущено изучение тех явлений, которые стоят за понятием юридического лица.

Признаки юридического лица, рассмотренные в главе 2 данной работы, являются критериями его правоспособности. Вопрос о правоспособности также является достаточно дискуссионным. В Гражданском кодексе Республики Беларусь закреплена специальная правоспособность юридического лица, однако не все авторы придерживаются данной позиции, полагая, что специальная правоспособность выступает тормозящим фактором для юридических лиц в условиях рыночной экономики, ибо ограничивает предпринимательскую инициативу, не дает юридическим лицам возможности гибко перестраиваться в соответствии с потребностями рынка. Все это дает основание полагать, что в условиях перехода к рыночной экономике есть необходимость наделить юридические лица общей (универсальной) правоспособностью, следуя общемировым тенденциям.

Таким образом, анализируемые в данной работе вопросы достаточно актуальны и требуют своего разрешения. В настоящее время такой субъект права как юридическое лицо занимает главенствующие позиции в мировой экономике, и потому оно привлекает все большее внимание ученых-цивилистов всех стран мира. От того, как будут решены вопросы относительно понятие, правоспособности юридического лица и др., будет зависеть и само существование юридического лица, его роль в гражданском обороте, его права и обязанности.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Конституция Республики Беларусь от 15 марта 1994 года (с изменениями и дополнениями от 24 ноября 1996 г.). - Минск: Беларусь, 1997. - 94 с.

2. Гражданский кодекс Республики Беларусь от 7 декабря 1998 года (с изменениями и дополнениями) // Ведомости Национального собрания Республики Беларусь. - 1999. - №7-9. - Ст.101.

3. Гражданский кодекс Республики Беларусь от 11 июня 1964 года (с изменениями и дополнениями по состоянию на 1 ноября 1997 г.). - Минск: Амалфея, 1997. - 176 с.

4. Гражданский кодекс РСФСР от 31 октября 1922 года // Хрестоматия по истории отечественного государства и права. 1917-1991 гг. / Под ред. О.И.Чистякова. - М.: Зерцало, 1997. - С.111-180.

5. Гражданский кодекс Российской Федерации (Часть первая) от 21 октября 1994 года. - М.: Юристъ, 1998. - С.5-205.

6. О налогах на доходы и прибыль: Закон Республики Беларусь, 22 декабря 1991 г. (с изменениями и дополнениями) // Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь. - 1992. - № 4. - Ст.77.

7. О перечне видов деятельности, на осуществление которых требуется специальное разрешение (лицензия), и органов, выдающих эти разрешения (лицензии): Постановление Каб. Министров Республики Беларусь, 21 августа 1995 г., № 456 (с изменениями и дополнениями) // Сборник указов Президента и постановлений Кабинета Министров Республики Беларусь. - 1995. - № 24. - Ст. 591.

8. Дигесты (Пандекты) // Хрестоматия по всеобщей истории государства и права. Т.1. / Под общ. ред. К.И.Батыра, Е.В.Поликарповой. - М.: Юристъ, 1996. - С.128-236.

9. Германское гражданское уложение 1900 г. (Извлечения). // Хрестоматия по всеобщей истории государства и права. Т.2. / Под общ. ред. К.И.Батыра, Е.В.Поликарповой. - М.: Юристъ, 1996. - С.281-294.

10. Богданов Е.В. Сущность и ответственность юридического лица // Государство и право. - 1997. - № 10. - С. 97-99.

11.Большой энциклопедический словарь / Под общ. ред. А.М.Прохорова. - 2-е изд., доп. и перераб. - М.: Большая Российская энциклопедия; СПб: Норинт, 1997. - 1456 с.

12. Брагинский М. Юридические лица // Хозяйство и право. - 1998. - № 3. - С.11-21.

13.Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность. - М.-Л.: Издательство АН СССР, 1948. - 840 с.

14. Гражданское и торговое право капиталистических государств: Учебник / Под ред. Е.А.Васильева. - М.: Международные отношения, 1993. - 554 с.

15. Гражданское право: Учебник / Под ред. С.П.Гришаева. - М.: Юристъ, 1998. - 484 с.

16. Гражданское право БССР. Т.1 / Под ред. В.Ф.Чигира. - Минск: Издательство БГУ им. В.И.Ленина, 1975. - 384 с.

17. Гражданское право России. Ч.1: Учебник / Под ред. З.И.Цыбуленко. - М.: Юристъ, 1998. - 464 с.

18. Грибанов В.П. Юридические лица. - М.: Издательство Моск. университета, 1961. - 115 с.

19. Древнерусское государство и право: Учебное пособие / Под ред. Т.Е.Новицкой. - М.: Зерцало, 1998. - 96 с.

20. Жемчужины мысли / Состав. А.А.Жадан. - 3-е изд., перераб. и доп. - Минск: Беларусь, 1991. - 477 с.

21. Исаев И.А. История государства и права России: Учебник для юрид. вузов. - 3-е изд., перераб. и доп. - М.: Юристъ, 1996. - 544 с.

22. История государства и права зарубежных стран. Ч.2: Учебник для студентов юрид. вузов и факультетов / Под общ. ред. О.А.Жидкова и Н.А.Крашенинниковой. - М.: Норма-ИнфраМ, 1998. - 712 с.

23. Красавчиков О.А. Юридическое лицо - организация - система общественных отношений // СССР-Австрия: проблемы гражданского и семейного права: Сб. ст. - М.: Институт государства и права АН СССР, 1983. - С.38-46.

24.Маньковский И.А. Юридические лица и налоговые правоотношения. - Минск: Полибиг, 1999. - 220 с.

25. Мейер Д.И. Русское гражданское право. Ч.1. - М.: Статут, 1997. - 290 с.

26.Мушинский В.О. Основы гражданского права. - М.: Международные отношения, 1996. - 206 с.

27. Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. - М.: Статут,1998. - 353 с.

28. Пушкин А.А. Проблема юридического лица в советском гражданском праве // 50 лет советской власти и актуальные проблемы правовой науки: Материалы конф. по итогам науч.-иссл. работы за 1966 г. / Под ред. В.А.Соколова. - Саратов: Издательство Саратов. университета, 1967. - С.90-91.

29. Римское частное право: Учебник / Под ред. И.Б.Новицкого и И.С.Перетерского. - М.: Юристъ, 1997. - 544 с.

30. Русак Л.Г. Товарищеские союзы как форма организации юридических лиц. - Минск: Амалфея, 2000. - 256 с.

31. Савельев В.А. Гражданский кодекс Германии (история, система, институты): Учебное пособие. - 2-е изд., перераб.и доп. - М.: Юристъ, 1994. - 96 с.

32. Советское гражданское право. Субъекты гражданского права: Учебник / С.Н.Братусь, А.И.Пергамент, В.А.Дозорцев и др.; Под ред. С.Н.Братуся. - М.: Юридическая литература, 1984. - 288 с.

33.Степаненко Г.М. К вопросу о понятии и сущности государственных юридических лиц // Материалы конференции по итогам науч.-иссл. работы за 1963-1964 гг. - Саратов: Издательство Саратовского университета, 1965. - С.102-105.

34. Суханов Е.А. Некоммерческие организации как юридические лица // Хозяйство и право. - 1998. - № 4,5. - С.8-16, 3-13

35. Суханов Е.А. Система юридических лиц // Советское государство и право. - 1991. - № 11. - С.42-50.

36. Сысоева Л.В. К вопросу о понятии гражданской правоспособности юридических лиц // Теоретические проблемы правового регулирования хозяйственной деятельности в условиях рыночных отношений: Тез. докл. Респ. науч.-практ. конф., Минск, 17-18 апреля 1998 г. - Минск: Тесей, 1998. - С.75-79.

37. Фролов Ю.Н. Проблемы правовой характеристики юридического лица // Правовые акты: социальная обусловленность, качество, применение и совершенствование: Материалы междунар. науч.-практ. конф. аспирантов и студентов. - Минск, 1999. - С.196-200.

38. Хохлов Е.Б., Бородин В.В. Понятие юридического лица: история и современная трактовка // Государство и право. - 1993. - № 3. - С.152-159.

39. Хутыз М.Х. Римское частное право: Курс лекций. - М.: Былина, 1997. - 170 с.

40. Черниловский З.М. Всеобщая история государства и права. - М.: Юристъ, 1996. - 576 с.

41. Чигир В.Ф. Юридические лица. - Минск: Амалфея, 1994. - 71 с.

42. Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. - М.: Спарк, 1995. - 555 с.

43. Юридические лица. Сборник законов / Составители О.М.Козырь, С.А.Денисов. - М.: Книжный мир,1998. - 912 с.

44. Якушев В.С. Институт юридического лица в теории, законодательстве и на практике // Развитие советского гражданского права на современном этапе / М.С. Малеин, В.П.Мозолин, И.П.Прокопченко и др.; отв. ред. В.П. Мозолин. - М.: Наука, 1986. - С.114-134.


Описание предмета: «Теория государства и права»

Теория государств и права - это система общественных знаний об основных и общих закономерностях государства и права, об их сущности, назначении и развитии в обществе.

Признаки науки теории государства и права: - это общественная наука, предмет которой право и государство; - это политико - юридическая наука, изучающая общественные явления, относящиеся к области политики, властной деятельности государства; - общественная наука, изучающая явления государства и права в целом; - наука философского характера; - творческая наука.

Предмет теории государства и права составляют основные закономерности государства и права, их сущность назначение и развитие в обществе Характерные направления, входящие в изучение предмета.

Теория государства и права концентрирует внимание на объективных закономерностях государства и права.

Закономерности - это реальные устойчивые связи, которые выражают сущность данных явлений. Они раскрывают самое главное в явлениях, их глубины и тайны. Именно поэтому в теории изучают происхождение и сущность государства и права, их связи с экономикой и другими общественными явлениями.

Предмет теории составляют основные закономерности государства и права вне зависимости от их принадлежности к истори-ческим типам и эпохам.

Главное в теории это- - государство и право, их основные и общие закономерности, сущность, назначение и развитие; - теория рассматривает государство и право как части надстройки над экономическим базисом; - теория изучает государство и право в их единстве и взаимодействии; - в центре теории стоит индивид, конкретный человек.

http://distance.ru/index.shtml?uch_mat/umk

Литература

  1. Иван Рыбкин. Как помочь сохранить бизнес? Техника продаж страховых продуктов юридическим лицам. – М.: Институт общегуманитарных исследований, 2006. – 224 с.
  2. А.Н. Борисов. Постатейный комментарий к Федеральному закону "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля". – М.: Юстицинформ, 2009. – 272 с.
  3. Э.А. Абашин. Арбитраж. Долги юридических лиц. – М.: Форум, Инфра-М, 2002. – 36 с.
  4. Т.А. Гусева, А.В. Чуряев. Государственная регистрация юридических лиц (+ CD-ROM). – М.: Деловой двор, 2008. – 232 с.
  5. Н.В. Брыкова. Учет расчетов с физическими и юридическими лицами. – М.: Академия, 2010. – 64 с.
  6. Федеральный закон "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля". – М.: Омега-Л, 2012. – 32 с.
  7. Федеральный закон "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". – М.: Эксмо, 2012. – 48 с.
  8. Т.А. Гусева, А.В. Чуряев. Постатейный Комментарий к Федеральному закону "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". – М.: Юстицинформ, 2008. – 344 с.
  9. А.Н. Борисов. Комментарий к Федеральному закону "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля". – М.: Юстицинформ, 2009. – 272 с.
  10. В.А. Болдырев. Конструкция юридического лица несобственника. Опыт цивилистического исследования. – М.: Статут, 2012. – 368 с.
  11. Т.А. Гусева, А.В. Чуряев. Постатейный Комментарий к Федеральному закону "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". – М.: Юстицинформ, 2008. – 344 с.
  12. А.Н. Королев, О.В. Плешакова. Комментарий к Федеральному закону от 26 декабря 2008 года №294-ФЗ "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля". – М.: Деловой двор, 2009. – 160 с.
  13. Федеральный закон "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". – М.: ГроссМедиа, 2005. – 24 с.
  14. Л.И. Великородная. Государственная регистрация юридических лиц: от создания до ликвидации. – М.: Московская Финансово-Промышленная Академия, 2011. – 304 с.
  15. А.В. Габов. Ликвидация юридических лиц. История развития института в российском праве, современные проблемы и перспективы. – М.: Статут, 2011. – 304 с.
  16. Федеральный закон "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". – М.: Рид Групп, 2011. – 32 с.
  17. Федеральный закон "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". – М.: Эксмо, 2011. – 48 с.


Образцы работ

Тема и предметТип и объем работы
Акционерное общество как юридическое лицо
Гражданское право
Курсовая работа
34 стр.
Органы и представители юридических лиц
Правоведение
Курсовая работа
36 стр.
Криминальная психология в следственно-судебной практике
Юридическая психология
Реферат
20 стр.
Симуляция психических расстройств
Юридическая психология
Реферат
21 стр.



Задайте свой вопрос по вашей проблеме

Гладышева Марина Михайловна

marina@studentochka.ru
+7 911 822-56-12
с 9 до 21 ч. по Москве.

Внимание!

Банк рефератов, курсовых и дипломных работ содержит тексты, предназначенные только для ознакомления. Если Вы хотите каким-либо образом использовать указанные материалы, Вам следует обратиться к автору работы. Администрация сайта комментариев к работам, размещенным в банке рефератов, и разрешения на использование текстов целиком или каких-либо их частей не дает.

Мы не являемся авторами данных текстов, не пользуемся ими в своей деятельности и не продаем данные материалы за деньги. Мы принимаем претензии от авторов, чьи работы были добавлены в наш банк рефератов посетителями сайта без указания авторства текстов, и удаляем данные материалы по первому требованию.

Контакты
marina@studentochka.ru
+7 911 822-56-12
с 9 до 21 ч. по Москве.
Поделиться
Мы в социальных сетях
Реклама



Отзывы
Elina
Это Лина из Израиля, я Вам в августе месяце заказывала консультацию по экономике и хочу сказать Вам большое спасибо. Я защитилась и получила диплом после вашего сопровождения!